Последние дискуссии на форумах
|
Активные конкурсы прогнозов
|
|
| Раздел: | |  Тренерский раздел
Делимся своими наработками, обсуждаем учебные программы, спортшколы и все, что связано с тренерской работой. |
| Журналистика
Мнения, пожелания, размышления и измышления журналистов в мире футбола. Как делаются сенсации и изнаночная сторона спортивной журналистики. |
| НАПИШИ САМ О СПОРТЕ
Приглашаем всех творческих людей в этот раздел. Пишите о наболевшем!
Может Вы непризнанный гений или спортивный обозреватель? Попробуй заяви о себе миру. |
| Интервью
Выкладываем сюда интервью уважаемых людей о спорте.
Можете сами взять интервью у уважаемых людей Вашего региона представившись внештатными корреспондентами нашего портала. Возможно лучшие и самые интересные интервью будут опубликованы в спортивной прессе. |
| | Бельгийский футбол
Футбол Бельгии |
| | Другие европейские чемпионаты
Чемпионаты других европейских стран, не вошедшие в список |
| ОБСУЖДАЕМ МАТЧ НЕДЕЛИ
Обсуждаем матч недели |
| Видео обзоры европейских чемпионатов
Видео обзоры европейских чемпионатов |
| | Видео обзоры Чемпионата России
Видео обзоры Чемпионата России |
| РОССИЯ 2018
|
| | Официальные материалы
Официальные материалы и высказывания официальных лиц и организаций о подготовке к Чемпионату Мира 2018 по футболу. |
| | Персоны
Высказывания и интервью публичных персон, которые так или иначе задействованы в подготовке или участии на ЧМ 2018 |
| | Новости ЧМ 2018
Все новости о подготовке к проведению Чемпионата Мира 2018 |
| | Проблематика
Проблемы и пути их решения, возникающие на пути к проведению ЧМ 2018 |
| Футбольные телевизионные передачи
|
| | Футбольный клуб
|
| | ПРО и КОНТРА
Передача питерского телеканала ТВ100 о футболе. Очень интересный формат передачи. |
| | Телепередача "90 минут"
Телепередача "90 минут" |
|
|
|
| 23.3.12 15:46 | Андрей Аршавин: «В Лондоне я был таким мальчиком-паинькой» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 9.00 (1) Оценить | Хитов 720 |
Андрей Аршавин заглянул на тренировку питерской молодежи на малой арене «Петровского» и выбрал первого участника московского финала программы «Шанс». Заодно полузащитник «Зенита» рассказал о друзьях, драках, слезах и поделился мыслями о развитии молодых футболистов.
Снег на малой арене «Петровского» стремительно тает под лучами полуденного солнца. По полю носятся два десятка местных мальчишек, и их внимание привлекает внезапно возникший у кромки Андрей Аршавин. Полузащитник «Зенита» просит собравшихся вокруг парней показать все, на что они способны – и те, позабыв об усталости, вновь высыпают на поле, чтобы ближайшие полчаса отработать как никогда в своей жизни.
Аршавин тем временем поднимается на трибуну, откуда внимательно наблюдает за каждым из ребят, чтобы одному из них дать шанс на победу в финале в Москве. Зарегистрироваться для участия в программе, а также следить за новостями и обновлениями можно в приложении Nike Football Вконтакте.
- Помните свой первый день в футбольной школе? Как это было?
– Я пришел вместе с папой. У меня еще был такой пакетик полиэтиленовый, в нем – тапочки, гетры, трусы, футболочка. Прошел все тесты, и мне сказали, чтобы приходил в следующий четверг. Так все и началось. В то время всех советских детей отдавали в какие-то спортивные секции – меня отдали заниматься футболом. Понятно, что изначально не было цели стать профессиональным футболистом.
- Как помочь обычному парню с полиэтиленовым пакетиком в руках вырасти в классного футболиста?
– В идеале для этого нужны хорошие поля и профессиональный тренер.
- Желание родителей вырастить из ребенка суперзвезду играет роль?
– Я вообще против того, чтобы заставлять ребенка ходить в ту или иную секцию – будь то футбол или пение. Если нет желания у самого ребенка, никогда и ничего не получится. Хотя я слышал и другие истории, мое мнение такое.
- Что было самым сложным на старте вашей карьеры?
– Ничего. Я хотел играть в футбол, и мне ничего не мешало это делать.
- Главный совет, который можете дать начинающим футболистам?
– Любить то, чем занимаешься. Оставаться верным – и себе, и своему делу.
- Что делать, если человек любит и остается верным, но у него все равно ничего не получается?
– Закончить с этим и попробовать себя в чем-то другом. Либо – терпеть и продолжать работать. Я тоже оказывался в такой ситуации – бесился, срывался на окружающих, не хотел тренироваться. Уже в более зрелом возрасте пришло понимание, что взять свое можно только терпением и постоянной работой.
- Родители в такие моменты не говорили, чтобы вы пробовали себя в чем-то другом?
– Какими бы ни были дети, родители все равно их любят и всегда готовы быть рядом до победного конца. Но вообще, даже когда у меня начинало получаться, я все равно оставался плохим ребенком.
- Вам приходилось драться?
– Такое случалось, хоть и не часто. Запомнился случай в Болгарии, когла я единственный раз в жизни принял участие в драке стенка на стенку. Началось все банально с нарушений правил, которые судья, на наш взгляд, пропускал. Ну, а последней каплей, к сожалению, стал фол на мне. Я отбрыкнулся от того парня – и понеслось. Сейчас такую ситуацию уже не представляю – ну, разве что произойдет что-то по-настоящему экстремальное. Я стал гораздо спокойнее.
- Футбол доводил вас до слез?
– Конечно, после досадных поражений было тяжело себя сдерживать. Но когда такое было последний раз, что-то сложно вспомнить.
- То есть сейчас из-за футбола вы уже не разреветесь?
– Нет, почему – может, я и буду плакать. Просто у меня уже давно не было матчей, поражение в которых могло бы настолько надломить.
- У вас остались друзья из тех ребят, с которыми вы вместе пылили в «Смене»?
– Да – Рома, Женя и Федор. Один работает у моей мамы, второй – на стройке, а третий сейчас лежит в больнице, ему недавно сделали операцию. Несмотря на то, что все так сложилось, эти ребята точно мне не завидуют. Для них я все тот же Андрей, что играл в «Смене» – они точно так же могут где-то подтравить, ну и вообще всегда прямо говорят то, что думают. Если кто-то из партнеров по каким-то причинам не может мне что-то высказать, то у этих ребят с этим проблем нет и никогда не было.
- Можете представить, что тогда вы или кто-то из ваших друзей получил бы шанс потренироваться в одной из лучших академий мира?
– Когда я был тинейджером, футбол в России разваливался. Если какие-то намеки на возрождение и были, то лишь в зачаточном состоянии. Поэтому вряд ли можно было представить что-то похожее на «Шанс» от Nike. Здорово, что теперь ситуация изменилась. Для меня это прежде всего возможность показать молодежи, что у них всегда есть шанс. Я был точно таким же мальчишкой, который точно также гонял мяч на этом поле. Если я смог стать профессиональным футболистом – смогут и они.
- В целом – сейчас у парней больше возможностей вырасти в профессиональных футболистов, чем было тогда?
– С одной стороны – они могут видеть лучших игроков из лучших чемпионатов, они гораздо лучше экипированы... Но в то же время есть и очевидные проблемы – например, поля. Также заставляет задуматься среднестатистическая квалификация тренеров, которые работают в детско-юношеских спортивных школах.
- Как все изменить?
– Если подходить к этому глобально, прежде всего многое должно измениться в самой стране, потому что футбол – это концентрированное отражение того, что происходит в обычной жизни. Если мы хотим поднять уровень тренеров, нужно заниматься их образованием. Сейчас оно у нас объективно не на самом высоком уровне. Но опять же – нельзя изменить одну только кафедру футбола, а все остальное оставить как есть. Изменения должны затрагивать и экономическую, и техническую сферу. Для этого в институты должны идти финансовые потоки, должно еще много чего измениться – например, та же система налогообложения. Решить все эти проблемы очень непросто.
- Вы готовы в это ввязаться?
– Мне это интересно. Считаю, что футболом должны заниматься люди, которые знакомы с ситуацией изнутри, которые действительно болеют за это. Смог бы я что-то изменить? Дело в том, что в нашей стране, к сожалению, все зависит от того, какие возможности и полномочия тебе дадут люди сверху. Если они готовы дать свободу и ресурсы, тогда я, конечно, хотел бы этим заниматься. А если быть просто назначенным на какую-то должность – нет.
- У вас были кумиры в детстве?
– Нет.
- Как думаете, зенитовская молодежь относится к вам также, как в «Арсенале» – к Тьерри Анри?
– Нет. Вообще не представляю, что такое может быть.
- Юрию Жиркову в Лондоне было скучно. По вам такого впечатления не сложилось.
– На самом деле я долго привыкал к этому городу и по-прежнему считаю, что он не так удобен для жизни, как представляется со стороны. Именно для жизни, а не в качестве точки туристического маршрута.
- Чем вам запомнился Лондон?
– Во-первых – это три огромных парка в центре города. Во-вторых – куча событий каждый день. В-третьих – русские, которых я встречал там, навряд ли когда либо общались бы со мной здесь.
- Почему?
– Потому что у нас менталитет вот так устроен.
- Самая шумная история, которая приключалась с вами?
– Слава богу, меня все это миновало. Я ничего криминального не делал, поэтому избежал участи быть замеченным препарации. Мне даже нечего рассказать вам – там я был таким мальчиком-паинькой.
- А на поле?
– Мы вместе с Дидье Дрогба поддерживали кампанию RED от Nike, против СПИДа в Африке, и снимались в ролике. В видео мы завязывали друг другу красные шнурки на бутсах. Ну, и как-то перед матчем я протянул Дрогба не руку, а ногу. Мы посмеялись.
- Самый необычный человек, которого вы встретили в «Арсенале»?
– Кит-менеджерами там были отец и сын. Так вот отец параллельно тренирует женскую команду – такой Арсен Венгер для девушек. Он даже к победе в Лиге чемпионов их приводил.
- Дмитрий Сычев рассказывал, что во Франции ему приходилось чуть ли не бегством спасаться от болельщиков после неудачной игры. Лондонских фанатов можно настолько разозлить?
– Нет, в Англии я такого представить не могу – болельщики «Арсенала» всегда были доброжелательны по отношению ко мне. Ну, а про фанатов «Марселя» Самир Насри то же самое рассказывал. Там вообще опасно проигрывать: не то, что после матча – на следующий день в город лучше не выходить.
- Три главных качества болельщиков «Арсенала».
– Доброжелательны, всегда тебе благодарны, хорошо поют – на выезде вообще супер.
- Напоследок расскажите про парня, которому вы сегодня дали шанс.
– Я верю в то, что у него все получится. Главное – не забывать, что теперь он находится, по сути, в равных условиях с другими ребятами со всего мира. А то ведь сейчас начнется: «Вот, куда ты поедешь? Там же будут заморские футболисты. Они лучше тебя» Я пожил за границей и прекрасно понимаю, что посыл должен быть другим. Там такому же парню скажут: «Well done. У тебя все будет хорошо. Ты самый лучший. Все остальные – дрова, которые ты легко обыграешь». Мне хочется, чтобы он держал в голове именно это, был в себе уверен и просто делал то, что умеет. Шанс у него есть.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 23.3.12 11:32 | Александр Елагин: «Когда в 90-е тебе показывали английский футбол, можно было слететь с катушек» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 818 |
Когда-то Александр Елагин работал спичрайтером у Валентины Терешковой и играл в театре, подметал улицы и разносил почту, писал рекламу и комментировал первые матчи английской премьер-лиги, добравшиеся до России. Весной 2012 года Юрий Дудь отправился на встречу с Елагиным – одним из самых эмоциональных и патриотичных комментаторов «НТВ-Плюс» – чтобы понять, зачем нормальному человеку смотреть вторую восьмерку. Удержаться на одной теме не удалось. Английская Библия, трагедия Романцева и деревянный Карпин – в большом интервью Sports.ru.
Многие из тех, кто прочитает это интервью, не дадут соврать: Александр Елагин – один из первых комментаторов в жизни того поколения, которому сейчас уже за двадцать, но еще до тридцати. Где-то между девяностыми и нулевыми футбола на общедоступных каналов было сильно меньше, чем сейчас, и работали на нем всегда разные люди. Василий Уткин зажигал в «Футбольном клубе» на НТВ, но с целыми, полуторачасовыми матчами приходил в широкий эфир только по лигочемпионским праздникам. А вот на REN-TV выдающаяся по тем временем картинка из Англии каждую неделю сопровождалась голосом одного и того же человека. Не знаю, о чем безусые футболисты говорят на дворовых коробках сейчас. Но где-то между девяностыми и нулевыми говорили о Кевине Филлипсе, который играет за какой-то «Сандерденд», но лидирует в гонке бомбардиров, о Юргене Клинсманне, делающем хет-трик за «Тоттенхэм», и о вратаре «Челси» со смешной фамилией де Гуй.
Обо всех этих парнях нам рассказывал Александр Елагин. Спустя десятилетие с небольшим он сидит за столом «Старбакса» на юго-западе Москвы и рассказывает нам о себе.
Терешкова, 300 долларов
– Вы один из самых непубличных комментаторов России. Расскажите, как вы попали в профессию.
– В 82-м году я закончил международное отделение факультета журналистики МГУ. Но писать об ударниках производства и соцсоревнованиях мне было совершенно неинтересно, в спорт в тот момент пробиться было нереально, поэтому в журналистику я не пошел. Кроме того, у меня уже была семья, ее нужно было кормить, а это вряд ли получилось бы на должности стажера. Благодаря знакомым я попал в Союз советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами. Это очень теплое, престижное место, которое курировалось ЦК КПСС, МИДом и КГБ. Меня взяли в сектор соцстран, я год отработал в Москве, а потом на четыре года уехал в Чехословакию. Вернулся в Москву и начал работать в театре.
– Ого.
– Так роман с театром у меня начался еще в школьные годы – году в 68-м. Народный театр ЗИЛ, Сергей Львович Штейн, великий режиссер, оттуда вышли такие звезды, как Василий Лановой, Вера Васильева, Валерий Носик и другие. Уже учась в университете, я попал к Роману Григорьевичу Виктюку в знаменитый Студенческий театр МГУ. Виктюк – мой непосредственный педагог, человек, который сделал из меня актера. Мы проработали с ним семь лет, у нас был театр, который гремел на всю Москву: «Ночь после выпуска», «Уроки музыки», «Утиная охота» – это все наши спектакли. Потом судьба нас разбросала.
Я бы мог продолжать работать в Союзе обществ дружбы. Но это был 86-й год, перестройка, самодеятельные театры превращались в профессиональные, был настоящий бум возникновения различных студий. Жаль, что встреча с Виктюком произошла так рано. Если бы мы встретились как раз на волне перестройки, это точно был бы один из лучших театров Москвы. Когда мы расстались с Виктюком, мы почти всей университетской труппой пришли к Марку Григорьевичу Розовскому – в Театр у Никитских ворот. И уже после этого я уехал в Прагу.
И вот представьте. В Москве поднимается театральная волна, а я сижу в Праге. Пришел к начальству и сказал, что хочу в Москву. На меня посмотрели как на идиота. Зарубежная карьера, в перспективе там можно было даже оставаться... Непосредственным моим начальником была Валентина Владимировна Терешкова, я входил в группу ее референтов, что-то вроде спичрайтеров. Она посмотрела на меня своим неморгающим взглядом и спросила: «Александр, вы понимаете, что сюда один раз приглашают? Возврата нет». «Понимаю». Чтобы окончательно не свести с ума ее и все свое окружение, я не сказал, что иду работать актером. Сказал, что иду в литературную часть театра.
Так я стал актером официально – с 1 января 1989 года в трудовой книжке об этом есть штамп. И со своих 300 рублей я стал получать 150. По тем временам это, конечно, была полная жопа, но что делать?
– Как на такое понижение отреагировала ваша жена?
– Она ничего не сказала. А что она могла сказать?
– Примерно 9 из 10 жен в такой ситуации сказали бы: «Куда?! Ты что?!»
– Нет, она умная, мудрая женщина. Она понимала: если так скажет, то мне придется быть приходящим отцом… Время было нищенское. После развала Союза я получал в театре 500 000 рублей – если попробовать перевести в сегодняшние деньги, то получится что-то вроде 5 000 рублей. Жена работала в трех местах. Я тоже спал по два часа в сутки: помимо театра, разносил почту и подметал улицы. Вставал я в 5 утра, шел на почту и до 7-8 утра разносил. Возвращался домой, завтракал. Жена шла на работу, я отводил ребенка в сад, а сам на репетицию к 10 утра. Между репетициями шел в театр Пушкина и мел улицы.
– Что вы при этом чувствовали?
– Ничего. Я зарабатывал деньги для своей семьи. Вот и все.
– Когда с работой дворника удалось покончить?
– Надо сказать, что мой университетский курс был безумно талантливым. Например, Влад Листьев – мы с ним приятельствовали до моего отъезда в Прагу. Кстати, знаете, что он был великолепным спортсменом? Великолепным! Бегал за молодежную сборную Союза на средние дистанции – 800 и 1500 метров. Когда мы играли в футбол, он носился с первой до последней минуты, лось такой. Ринат Абдуллин возглавляет сегодня Интерфакс. Серега Курохтин – директор «Маяка». И на талантливый курс пришелся такой полудурок, который пошел работать в актеры. В итоге мне помогли мои однокашники.
Параллельно с театром у меня был роман с футболом. Само собой, в юношах играл (первенство Москвы – мой уровень), и всю жизнь собирал футбольную информацию: книги, журналы, газеты... Еще один мой однокашник Леша Кабанов работал на «Радио Рокс» и часто звонил мне проконсультироваться на тот или иной счет – о футболе, конечно. Чуть позже открылся телеканал 2x2, и Леша предложил мне вести спортивные новости. Работа сменная, а зарплата – 300 долларов. По тем временам – что-то вроде полутора миллиона. Я тут почту разношу, а мне предлагают 300 долларов. Конечно, да!
Англия, удар по нервной системе
– Как в вашу жизнь пришла английская премьер-лига?
– Параллельно с работой на «2x2» я писал рекламу на «Эхе Москвы». Там познакомился с Евгением Любимовым, он на «Эхе» отвечал за спорт. Затем образовалось REN-TV, Женя ушел туда. На старте проекта им нужно было придумать какую-то фишку – для продвижения, эффектного выхода на рынок. И такой фишкой они сделали покупку матчей английской премьер-лиги. Причем действительно покупали: заказывали бетакамные кассеты с записью матча, их доставляли самолетом и через неделю-другую показывали. Это была экзотика, никто не предполагал, что это будут показывать регулярно. Любимов предложил комментировать эти игры мне. Первые два матча я помню как сейчас: игра за Суперкубок (Charity Shield) между «Ньюкаслом» и «Манчестер Юнайтед» и октябрьский матч АПЛ 1996 года, где «Ньюкасл» разбил «МЮ» 5:0.
– Впечатлились?
– Я просто офонарел! Хотя все фонарели. Интернета тогда почти не было, а у меня большая коллекция информации – справочники «Rothmans» (каждый – более 1000 страниц), так называемые English Soccer Bible, у меня есть практически по каждому сезону. А в лицо футболистов я почти всех знал, потому что когда работал в Чехословакии, выписывал футбольные журналы Чехии, Словакии и Германии.
– Когда на канале поняли, что это успех?
– Сразу! Мне ребята рассказывали: приходим на Рижский рынок, а там из каждого телевизора ты звучишь. По-моему, в воскресенье в 15.30 мы тогда выходили. Естественно, что озвучивали в записи. Так я учился комментировать – без учителей, наставников. Сидел ночами. Слава Богу, там были чудные звукорежиссеры, которые сидели вместе со мной. Я бекал, экал… На озвучку каждого матча у меня уходило часа четыре. Я тыркался как щенок. Но мы выпускали продукт компании, и его нужно было сделать очень хорошим.
Если сравнить жизнь, которая была тогда в России, с тем, что тебе показывали на английской картинке, можно было сразу слететь с катушек, это был удар по нервной системе. Это потом мы поняли, что и у нас есть таланты, что в чем-то и мы не уступаем. Но тогда это была сказка.
– Команда, на которую вы тогда не могли насмотреться?
– «Ньюкасл» и «Манчестер Юнайтед». «Ньюкасл» тогда тренировал Кевин Киган – потрясающая команда, которая размазывала «МЮ» со счетом 5:0.
– Размазывала, но ни разу не выиграла чемпионство.
– Выиграла, но в другие годы, не премьер-лигу. Почему? Хотя бы, потому что сумасшедше силен был «Ман Юнайтед». Силен в первую очередь духом. И талантом тренера. Посмотрите, откуда пришел Алекс Фергюсон. Он был скромным шотландским игроком, тренером начинал в малоизвестном шотландском клубе, а уже в «Абердине» стал тем человеком, которого пригласили в «Ман Юнайтед». Он положил конец гегемонии «Селтика» и «Глазго Рейнджерс» и, самое главное, выиграл Кубок Кубков. Причем в финале обыграл не кого-нибудь, а мадридский «Реал»! «Абердин»! Кто этот клуб знал? И в «МЮ» его пригласили на теплое место Рона Аткинсона. Рон неплохо работал, но уже в начавшемся сезоне-86/87 совет директоров решает: уволить Аткинсона и пригласить Фергюсона. В первых сезонах – сплошные американские горки: то взлет, то падение. Но когда собрались увольнять Фергюсона, он взял и выиграл Кубок Англии. Ну а потом – пошло-поехало.
Мало кто помнит, что Кантона начинал первый сезон премьер-лиги не в «МЮ», а в «Лидсе». Фергюсон сделал все возможное, чтобы перетащить Кантона к себе. Представляете, увидеть! Увидеть основополагающего игрока в Кантона – человеке, которого ненавидели во Франции и недолюбливали в Англии.
– Матч, который вы помните как сейчас?
– Этот матч я работал на 7ТВ. 2007 год, Кубок Англии. Играет «Хоршем» – клуб седьмого дивизиона – против «Суонси», он тогда был в League One, то есть в третьем дивизионе. «Суонси» тренировал Роберто Мартинес, который сейчас работает в «Уигане». И вот «Суонси» этот приезжает в Хоршем – в деревню, на стадиончик тысячи на три. Мы выходим в эфир, но матч не начинается: разверзлись хляби небесные и льет проливной дождь. Ничего не начинается, а мне нужно говорить. Час. Ча-а-ас! Час до того, когда kick-off все-таки случился, я рассказывал о Хоршеме, о «Суонси», о Мартинесе. Вспомнил все, что было в моих запасниках, и даже больше. Я знал каждого игрока Хоршема и, естественно, Суонси. Вспомнил, что городок Хоршем фигурировал в одном из рассказов Конан-Дойла о Шерлоке Холмсе – то ли «Пляшущие человечки», то ли «Пять апельсиновых зернышек». Рассказал о размере поля, о размере премиальных. Говорил, говорил, говорил…
Когда я готовлюсь к репортажу, в эфир я не говорю и 10 процентов того, что узнал. Но это дает мне возможность чувствовать себя абсолютно уверенным у микрофона. 10 процентов – не больше. Но на матче «Хоршем» – «Суонси» я выдавил из себя 150.
В конце концов, начался матч и вышел он просто сумасшедшим. Представьте, играет команда мастеров и команда завода «Красный партизан». Между ними четыре дивизиона! Но рубка шла невероятная! Настоящая мужская игра – это без падений, это за грудки, это проходы и кроссы с флангов, это прыжки на грани супертравмы. И все – в этом говне, в этой луже. Такого я больше никогда не видел. Суперматч! Потом я в интернете встречал мнения об этом матче – оказывается, он не только в моей памяти отложился…
– То есть ту игру смотрели не только вы?
– Ну что вы! «Семерку» тогда смотрели все… Те, кто смотрят футбол, не могли пропустить кубковые матчи Англии. Не-мог-ли. Как пропустить?
– Как сыграли?
– 1:1. В переигровке на своем стадионе «Суонси», естественно, выиграл. И прошел в настоящий третий раунд, где уже вступали в Кубок клубы АПЛ.
– У многих комментаторов, работающих матч команд из седьмого и третьего дивизиона, будут проблемы с мотивацией.
– Чепуха! Тогда и в этой профессии не нужно быть. Если тебе платят деньги, ты обязан сделать это на уровне. Как можно не иметь мотивацию, когда ты у микрофона? Я обязан прокомментировать любой матч и сделать это на таком уровне, чтобы быть честным перед самым собой и перед моим работодателем. Конечно, мне нужно подготовиться. И мне по барабану, много людей это будет смотреть или мало.
Романцев, трагедия
– Самая блеклая афиша, которую вы работали?
– У меня таких не было.
– Скажем, «Сатурн» – «Черноморец» не блеклая афиша?
– Когда они играли в премьер-лиге? А почему это было блекло? Я могу сказать другое: нельзя считать, что в АПЛ играют только боги. Как сейчас помню матч «Ньюкасл» – «Эвертон» – год 2000-й. У меня за день до этого был матч «Спартака», а потом игра АПЛ. И в сравнении со «Спартаком» Романцева, который играл просто божественно, эти мне показались… Я сдерживал зевоту, они очень скучно играли.
– В википедии написано, что вы давний болельщик «Спартака».
– Я никогда не болел за «Спартак». Когда я сказал об этом Романцеву, он посмотрел на меня безумным взглядом. Я всю жизнь болел за московское «Динамо». Это сейчас у меня профессиональное и циничное отношение к клубам, а раньше болел за «Динамо». Но когда я работал на «Спартаке», я был покорен. Он действительно играл как «Барселона» – на нашем уровне, разумеется. «Спартак» играл фантастически красиво, а я стал этим слишком восторгаться. А болельщикам это не очень нравилось. Разумеется, не всем, но многие говорили: «А это тот сумасшедший Елагин, который комментирует «Спартак»? Ну, понятно».
– Почему человек, который сделал русскую «Барселону», сейчас не делает ничего?
– О-о-о, я бы очень хотел это сам знать. И хотел бы написать о нем книгу и снять фильм. Фигура Романцева – это фигура шекспировская. Шекспировская трагедия.
– Почему трагедия?
– Это очень талантливый человек, с которым с годами происходили метаморфозы. У меня сложилось впечатление, что он превратился в того самого охотника из шварцевского «Обыкновенного чуда», который убил 99 медведей и не решается стрелять в сотого, боясь промахнуться. С каждым годом давление на «Спартак» и на Романцева росло в геометрической прогрессии. Все эти байки, сплетни… То, что он не тренирует сейчас, это не профессиональная проблема, а психологическая. Потому что тренер он от Бога.
– А говорят, проблема одна – алкоголь. Он губит многих русских людей, вот и Романцеву мешает.
– Да чепуха это все! И англичане пьют, и американцы. Это все мифы Древней Греции, что русские пьют больше, чем где-либо. Какое-то время назад я из Англии не вылезал. И видел, как там принимают на грудь. Не меньше, а больше. Мы же говорим о творческой личности. А что, Фергюсон не пьет? А Харри Реднапп? Посмотрите на их физиономии. Что делать – снимать стресс по-другому не научились. Почитайте интервью наших великих футболистов. Только если стакан выпьешь или бутылку в себя опрокинешь – тогда снимешь стресс. И это не только у нас: почитайте биографии Кина, Кантона. После матча – в паб, тынц и домой на рогах. Потом – на тренировку.
Но Романцев, даже будучи подверженным проблемам, держал команду. При нем вырос Титов. Он сделал Карпина. Когда Карпин появился в «Спартаке», все спрашивали: что это за дерево, что за буратино бегает? Романцев сделал Карпина для Европы. Посмотрите – в интернете есть матч на Кубок Кубков, где «Спартак» размазывает «Ливерпуль» 4:2. Карпин там лучший, луч-ший. Талант Романцева, трудолюбие, отношение к работе Карпина сделали того Карпина, которого мы знаем. А Романцев для меня был и останется выдающимся тренером.
– У болельщиков «Челси» к вам конкретная претензия: Лэмпарда вы называете Лампардом. Почему?
– А пусть они послушают, как Лампарда называют английские комментаторы.
– То есть правильно Лампард?
– Я с ним не общался и не спрашивал. Но я слышу, как его называют англичане.
«Сатурн», ненависть
– Вы комментировали не только «Спартак», но и «Сатурн». Когда случился удивительный союз «Сатурна» и канала REN-TV, вы этому обрадовались или восприняли как обузу?
– Обрадовался, конечно! В 2001 году «Спартак» ушел с REN-TV. Год спортивная редакция как-то перекантовалась. Но Лесневские (владелец канала Ирэна Лесневская и гендиректор Дмитрий Лесневский – Sports.ru) – бизнесмены, платить немалые деньги людям, которые просто делают программу и новости, они не будут. К тому же они привыкли к огромному вниманию, REN-TV долго был у всех на слуху. Мы сидели, кумекали и придумали: а почему бы «Сатурн» не взять? Мы – к Лесневскому: «Давайте «Сатурн» показывать, раскручивать его так же, как «Спартак». Дима подумал-подумал и выдал потрясающий менеджерский ход: «Сатурн»? Нет. А вот «Сатурн-REN-TV» – другое дело». Ирэна Стефановна набрала из своего кабинета губернатора Громова. «Пусть приходят. Обсудим». Мы не верили, что кто-то пойдет на смену названия. Но поехали на Старую площадь – к руководству Мособлдумы. Общались с ее председателем, Валерием Аксаковым. Тот сначала был категорически против: «Смена названия? Да ни за что». Но Борис Всеволодович сказал: «Надо, Федя, надо».
– Вы комментировали «Сатурн» в те времена, когда он кишел бандитами. Приходилось с ними сталкиваться?
– Я с бандитами дела не имел. Так, чтобы пришли и сказали: «Ты! Скажи то, что надо», – не было никогда. Единственный раз мне позвонил Аксаков. «Ты плохо комментируешь!» «Почему?» «А потому что говоришь «раменский «Сатурн». Называть нужно «Сатурн» (Московская область)». Единственный случай. Как комментировать, мне не говорил никто – ни руководство, ни бандиты.
«Сатурн» играл не так, как «Спартак». О «Спартаке» можно было в восторженных тонах говорить, высунув язык. «Сатурн» был крепкой командой со своими ошибками, проблемами – я говорил это в эфир. Но меня ненавидели болельщики других команд. Это естественно. Люди не понимали, что я не был комментатором российского чемпионата. Я был комментатором «Сатурна» и старался говорить больше о нем. Никто не может обвинить меня в необъективности. В симпатиях к «Сатурну» – да, в необъективности – никто.
Кино, Вагнер
– Почему вы ушли из театра?
– Это мое решение. Далось оно мне нелегко. У Розовского – великолепного режиссера – я был востребован, играл в интереснейших спектаклях. Я бы мог и дальше совмещать журналистскую работу с театром. Но… Я вдруг почувствовал, что театр становится для меня обузой. Это было ужасное ощущение. Я застал период, когда люди жили театром, дышали им. Кому-то это может показаться наивным, но мне это было чрезвычайно важно. Театр – дело коллективное. Главное в театре – партнер! Я же почувствовал, что мы перестаем понимать друг друга. Я был недоволен ими, они мной. А потом – деньги. В театре – это жалкие крохи.
– Вы снимались в сериалах?
– Нет. Я принципиально не снимался в сериалах.
– А звали?
– Конечно. Но у меня душа к ним не лежит.
– Но это же деньги.
– А деньги я зарабатывал на телевидении. На кой хрен мне ставить под угрозу работу на ТВ, где мне платят стабильно и очень неплохо, и вертеться в сериалах? Как я уже сказал, не лежит у меня душа к кино. Театр – да. Хотя нет, сниматься у фон Триера, Тарковского…
– … Тарантино.
– Я не поклонник Тарантино. Чем он может нравиться?
– Изобрел новый жанр – трэш, возведенный в искусство.
– Есть у него зритель? И слава Богу! Дело все в том, что искусство, если ты, конечно, не профессиональный критик, воспринимается только на уровне «нравится – не нравится». Мне не нравится.
Я поучаствовал в нескольких фильмах. Скажем, «Похождения солдата Чонкина» снимал Иржи Менцель – оскароносный режиссер. Но я попал не потому, что очень хотел сниматься. Я согласился, чтобы на две недели вернуться в Прагу. Роль – эпизодическая. Но две недели в Праге!
– То есть кино, по-вашему, менее благородное искусство, чем театр?
– Я этого не говорил. Не знаю, может быть, я продолжал бы работать в театре, если бы там платили. Но мои обстоятельства просты: я должен содержать семью и должен работать качественно. Совмещать театр и ТВ я не могу себе позволить.
– В интернете говорят, что вы похожи как две капли воды на артиста Шуру Каретного.
– А кто это?
– Неважно. Какую музыку слушаете вы?
– Мои любимые композиторы: Россини, Моцарт, Вагнер, Чайковский. Советскую эстраду люблю, Бернеса. Обожаю Вагнера. «Тангейзер», «Гибель богов», «Зигфрид» – сижу, слушаю, раскрыв рот. Всю вагнеровскую оперу, правда, мы с женой высидели только один раз. Она длилась часов шесть, это было в Праге. Но увертюры гениальные. Просто Вагнер писал тогда, когда по-другому относились к музыке, да и вообще к искусству. В те времена шесть-семь часов – это не время.
Уткин, не раком шитый
– Как вы попали на «НТВ-Плюс»?
– Благодаря Васе Уткину. С ним мы шапочно познакомились намного раньше. Мы вряд ли испытывали друг к другу симпатии – хотя бы потому что симпатию испытывают к тем, с кем хорошо знаком. Взаимное уважение, как к коллеге – да, но никогда не думал, что мы когда-нибудь пересечемся.
Я не любитель лазить по разным конференциям. Но друзья говорили, что на конференции Уткина спрашивали, будет ли Елагин когда-либо работать на «НТВ-Плюс», и он максимально корректно отвечал, что я не формат «НТВ-Плюс». Ну, неформат и неформат – мне и на «Семерке» работалось превосходно. Но в 2009 году «Семерка» приказала долго жить, и я оказался практически на улице. Единственным, кто протянул мне руку, оказался Уткин. Он предложил мне работать на «НТВ-Плюс». Это дорогого стоит. А ведь я всерьез думал, что придется уйти из профессии. И вернуться в театр. Но таких поворотов у меня в жизни было много, поэтому я не боялся.
– Вы знаете, что матч «Сибирь» – «Локомотив» 2010 года стал хитом YouTubeблагодаря вашему комментарию?
– Да? А почему?
– После одного из голов «Сибири» вы кричали, что и Молош «не раком шитый».
– А, помню такое… Ну там ведь гол был грандиозным! Он с сорока метров попал в девятину. Я просто был в восторге и, видимо, себя слегка не контролировал. Главное, что я матом ничего не выпалил. Но вы знаете, во время прямых репортажей у меня в голове как будто какой-то чип срабатывает: никогда не было желания сказать что-то нецензурное. В перерыве или после матча – да. Но не в эфире.
– Вы известны тем, что всегда можете найти что-то интересное в матчах абсолютно любых команд – даже российских. Объясните всем нам: зачем вы смотрите матчи второй восьмерки?
– Как зачем? Это моя работа. Работа, за которую мне платят.
– А если бы не платили?
– Если бы да кабы.
– Ну, АПЛ вы бы смотрели и без денег. А вот вторую восьмерку?
– Ну, кто может знать? Может, я бы вообще ничего не смотрел, а сидел бы с утра до вечера в библиотеке или в театре. Я живу сегодняшним днем, здесь и сейчас. И вообще, что это за отношение: вторая восьмерка играет, мы распустили пальцы?
– А что это за отношение к зрителю, когда «Томь» и Нальчик играют полтора часа без моментов, заканчивают 0:0 и разъезжают по домам?
– Они играют так, как умеют.
– У Василия Уткина после матча «Спартак» (Нальчик) – «Волга», который он отработал прошлой весной, было ощущение, что он языком перегрузил две подводы навоза.
– Это вопрос всего нашего футбола, это не вопрос «Волги» или Нальчика. Можно по-другому спросить: а почему колоссальные бабки ставятся неизвестно во что или неизвестно в кого, когда убивается команда…
– Это какая?
– «Сатурн». И никому нет до этого дела… Почему у нас не строят небольшие стадионы на 20-30 тысяч мест с раздвижной крышей – как «Паркен» в Копенгагене? Их можно построить всего за 10-13 месяцев. А мы вбухиваем колоссальные деньги в никуда, не можем содержать поля и играем на огороде вроде того, что был на матче «Рубина» и «Локомотива». Это ужа-а-а-ас! А вы говорите первая восьмерка, вторая…
– Почему кому-то должно быть дело до «Сатурна»? Команда существовала на государственные деньги и платила игрокам по паре миллионов долларов за сезон.
– Извините меня, «Сатурн» по среднему количеству зрителей был далеко не хуже всех. Там было не меньше, чем в Химках, Перми, Нижнем Новгороде и других городах.
– 7 000 человек.
– А это мало? Да у нас на центральные матчи РФПЛ ходит чуть больше 7000 человек. Факт? Факт! А я застал время, когда на «Динамо» ходило 50 000 человек. В среднем! А вы говорите: «Сатурн».
– Прошлой осенью вы призывали спасать «Томь». Этого я тоже не понимаю. «Томь» живет на ваши и на мои деньги – деньги налогоплательщиков. При этом команда не играет в футбол.
– У нас в РФПЛ 16 команд. И наши с вами деньги тратит не только «Томь». Сколько у нас частных команд?
– Три с половиной.
– Значит, другие 12 с половиной живут на наши с вами деньги.
– Но те хоть как-то сводят концы с концами и не просаживают деньги так, чтобы раз в два года просить милостыню у Путина.
– Если вам не будут платить зарплату, вы часто будете брать интервью у Елагина, Петрова или Иванова? Вы, прежде всего, будете стараться найти ту работу, которая позволит вам кормить свою семью, своего ребенка.
– Все так. Но если я буду понимать, что следующие трансферы в другие издания возможны только через три месяца, я буду рвать жопу и продавать себя. Чтобы через три месяца уйти не абы куда, а в хорошее издание.
– А они и рвали. Пожалуйста, Паша Голышев – в «Краснодаре» и уже забил первый гол, его с руками оторвали. Ян Тигорев – в «Локомотиве». Канунникова Спаллетти вернул в «Зенит». Всех ребят разобрали в разные стороны. Нельзя говорить, что они играли ненормально. Если бы не играли, их не взяли бы в такие клубы.
Здесь нужно говорить о руководителях, о стадионах. Я сказал, на чем команды играют весной. А пока у нас под попсу простаивает «Олимпийский». Вы знаете, что там 45 000 мест? А там попса. Когда я спрашиваю: «А почему не сыграть в «Олимпийском»?» «Да там все давно продано…» А, ну и играйте в говне тогда. Говорил и говорю: первая, вторая восьмерка, чемпионшип и т.д. – это моя работа, моя профессия. К проблемам футбольным, житейским, политическим стараюсь подходить объективно. Получается или нет – другой вопрос.
Знания, «Райо Вальекано»
– Вас часто обвиняют в том, что вы сглаживаете углы. В тех местах, где нельзя не критиковать, вы стараетесь максимально смягчить удар или вовсе избежать критики.
– Если вы посмотрите «По горячим следам», то увидите, что я не только сглаживаю углы. Мне, бывает, звонит приятель: «Ты с ума сошел? Ты еще работаешь на «НТВ-Плюс»? «А что такое?» «Ты сказал, что «Зенит» плохо играл. Что моментами «Амкар» (или какая другая команда) его переигрывал». Так, если так и было – что я должен был говорить? Когда «Зенит» выиграл чемпионство-2010 и обыграл «Ростов» 5:0, я, поздравив Питер, в эфир сказал, что Баскаков назначил левый пенальти, с которому был забит первый гол.
Но! В репортаже мне, честно говоря, не очень удобно учить профессионалов. Когда идет пас поперек поля и происходит обрез, вы отреагируете на это в своей манере. А я скажу: «За это бьют по рукам в детской спортивной школе». Вот и вся разница.
– Сколько времени вы готовитесь к репортажу? Час, два, три?
– Да нет, конечно.
– Меньше?
– Больше. Я должен знать максимально о команде, о ситуации, в которую она попала.
– Вам не кажется, что эта манера уже не так востребована, как раньше? Почти у всех зрителей есть интернет, всего в пару кликов можно навести почти любые справки.
– Есть некоторые вещи, которые в интернете не найти. Бывает, надо глубже копнуть – хорошо, что у меня есть масса справочников. Мне досадно, что обращают внимание на эмоциональную составляющую моего репортажа и не отмечают подготовку, знание интересных вещей.
– Опытные комментаторы, когда обучают ремеслу молодежь, предупреждают о синдроме переподготовки. Это когда долго готовишься к матчу, заготавливаешь пачку фактов и вместо того, чтобы смотреть и комментировать игру, начинаешь заваливать этими фактами зрителя.
– Я сказал в начале нашей беседы: из того, что я узнаю, выплескиваю процентов 5-10. Но эта подготовка дает мне абсолю-ю-ютную свободу у микрофона. Мне нечего бояться. Показывают лицо на трибуне (в Англии, в Голландии любят крупные планы) и кто-то из комментаторов начинает мычать. А я знаю, кто это. Владелец «Бирмингема». Или – босс «Твенте». И я знаю, как его зовут и чем он занимается.
В 2000 году «Райо Вальекано» играет против «Локомотива» в Кубке УЕФА, а REN TV эту игру показывает. Вдруг камера выхватывает женщину в ложе. Хорошо, что я был готов и знал, что это Тереса, президент клуба. А если бы я не был готов? Ну, пробубнил бы что-то вроде: «Даже пожилые и симпатичные сеньоры горячо болеют за «Райо Вальекано»…» Тьфу. А я знал, что это Мария-Тереса Риверо-Санчес-Ромате, и выпалил в эфир. И самому приятно, и людям интересно.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 20.3.12 09:50 | Кристофер Самба: «Я каждый день нахожусь рядом с русскими и могу сказать, что они прекрасные люди» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 1195 |
Кристофер Самба приехал в Россию всего месяц назад, но уже столкнулся с местными реалиями: после матча с «Локомотивом» в него бросили банан. За два дня до инцидента Владислав Воронин поговорил с конголезцем о расизме, деятельности Нельсона Манделы, московских ресторанах, роскоши и амбициях «Анжи».
«Любой подобный скандал – это поступок одного глупого человека». Фото: РИА Новости/Алексей Филиппов
Кристофер Самба – один из самых больших людей, что мне когда-либо приходилось видеть. Он протягивает руку – и на ее фоне среднестатистическая ладонь кажется младенческой; он ставит корпус – и Роман Павлюченко отскакивает от него, как от стены. Человечище.
– Не надо меня бояться в повседневной жизни. Это природа, я всегда был большим парнем. Конечно, тренируюсь в зале, поднимаю штанги, но ничего особенного – я же не бодибилдер. Сколько отжимаю от груди? Максимум – 130 килограмм.
Самба родился в Париже, провел футбольную юность в Берлине, а потом на целых пять лет укатил в Англию, где так и не добился ничего стоящего в составе «Блэкберна». В последние полгода к нему активно присматривались «Арсенал» и «Тоттенхэм», но, не договорившись с топ-клубами, он внезапно уехал в подмосковно-махачкалинский клуб.
– Я провел в «Блэкберне» целых пять лет, и в какой-то момент стало очевидно, что лучшее для меня в этом клубе уже позади. Когда-то там играл Алан Ширер, команда боролась за еврокубки, а сейчас она постоянно сражается за место в премьер-лиге. Нам обещали улучшение, но особых перспектив нет. Меня это уже не устраивало, я хотел играть на более серьезном уровне.
– Но вас же звали «Арсенал» и «Тоттенхэм». Почему «Анжи»?
– Да, звали. Но они не смогли потянуть сумму, которую требовал «Блэкберн». А «Анжи» смог. Если говорить о конкретных причинах, то все-таки «Анжи» – большой клуб, я верю в этот проект. И у меня есть уверенность, что мы серьезно вырастем.
– Вы хотели играть именно в топ-клубе. Разве было нереально подождать до лета и уйти в тот же «Арсенал»?
– Нет. Я хотел уйти сразу. Мне дали такую возможность, это классный вызов. Посмотрим, что выйдет.
– Но вы понимаете, что ушли далеко не в топ-клуб?
– «Манчестер Сити» еще три года назад не был топ-клубом, а сейчас спокойно идет в лидерах. То же и с «Анжи»: проекту всего год, а мы уже сражаемся за еврокубки. Почему бы нам не повторить путь «Сити»? Это же реально. Нужно просто верить в себя.
«Марио», роскошь
– И вот вы приехали в Москву. Первые впечатления?
– Я немного удивился, когда приехал сюда. Да, холодно, но это очень живой город, он намного лучше, чем о нем говорят многие люди. Я не впервые живу в большом городе – в свое время я жил и в Париже, и в Берлине. И Москва меня действительно впечатлила.
– Чем?
– Я, например, уже сходил в несколько ресторанов. И знаете, здесь еда намного лучше, чем в Англии. Это стало для меня большим сюрпризом. Больше всего мне, конечно, запомнился «Марио». Это один из лучших ресторанов, в которых я вообще когда-либо бывал. Сказать, что он лучший, пока не могу, все-таки я прожил не очень долгую жизнь. Даже не знаю, с чем сравнить эту кухню, но одно точно: она невероятная.
– Вы знаете, что это один из самых дорогих ресторанов Москвы?
– Да. Но за качество нужно платить. Это нормально.
– Один английский журналист написал, что у вас есть потрясающие часы, украшенные бриллиантами. Любите роскошь?
– Нет-нет, я просто люблю часы. Кто-то коллекционирует машины, кто-то – девушек, а я – часы. У меня их не очень много, штук 12.
– Так как вы относитесь к роскоши?
– Спокойно. Вот смотрите, мне нравятся, например, Louis Vuitton и Tom Ford, но это не значит, что я не могу зайти в Topman и купить что-нибудь за 20 евро. Я нормальный в этом плане.
Твиттер, расизм
В июле прошлого года Самба создал аккаунт в твиттере. За месяц он набил 706 записей, и среди них практически не было ничего о жизни «Блэкберна» – только ответы на вопросы пользователей. 11 августа твиттер был внезапно закрыт.
– Почему вы забросили твиттер?
– Вы сами знаете, что главная фишка твиттера в том, что любой человек может написать тебе все что угодно. Я просто устал от того, что люди, которые совсем меня не знают, устраивали всякие конфликты, хотя я выкладывался на поле на полную катушку. Не хочу тратить эмоции на такое общение, к тому же это отнимает действительно много времени.
– На одной из фотографий, выложенной в твиттере, вы стоите в поварском колпаке. Увлекаетесь кулинарией?
– Да, люблю готовить. Могу приготовить что-нибудь из баранины, риса, курицы, но без излишеств. Как-то готовил саку-саку – это конголезское блюдо с рыбой, зеленью и баклажанами. Я, конечно, кое-что умею, но далеко не шеф-повар.
– Там же вы писали, что у вас два кумира – Нельсон Мандела и Мартин Лютер Кинг. Почему?
– Все просто: оба – важные исторические личности, которые боролись за права темнокожих людей. Это сильные люди, которые изменили очень много в отношениях между «белыми» и «черными». Я безмерно уважаю Манделу за то, что он был готов страдать за свои убеждения. И именно благодаря ему все темнокожие люди чувствуют себя в мире куда комфортнее.
– Для меня Мартин Лютер Кинг – это гениальная речь «У меня есть мечта». А для вас?
– Конечно, то же самое. Это потрясающая речь, которую я читал очень-очень много раз. Все начинается с мечты, с какой-то сильной идеи. На этом построена жизнь.
– Я веду к тому, что Кинг и Мандела были ярыми противниками расизма. Вас заботит эта проблема?
– Я стараюсь особо о ней не думать. Просто хочу верить, что этой проблемы не существует в глобальных масштабах. Может, я и ошибаюсь, но я хочу верить, что это так. Я хочу верить, что общество прогрессирует. В здоровом обществе никогда не возникают вопросы о том, откуда человек и какой у него цвет кожи.
– Но вы понимаете, что в России в вас в любой момент может прилететь какой-нибудь снежок или банан?
– Давайте не будем обобщать. Как правило, любой подобный скандал – это поступок одного глупого человека. Я понимаю, что все возможно, но не хочу никак на это реагировать. Послушайте, я каждый день нахожусь рядом с русскими и могу сказать, что они прекрасные люди.
– Если бы вы могли встретиться с Манделой, о чем бы вы его спросили?
– Если бы я мог провести 10 минут рядом с Манделой, то поговорил бы с ним о его жизни – как он переносил все трудности, о чем думал, когда находился под заключением, как заставлял себя не сдаваться.
– Может, стоит попросить Сулеймана Керимова организовать такую встречу? Он ведь многое может.
– Ух, если бы кто-нибудь смог подарить мне пять минут общения с Манделой, это было бы фантастически круто.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 17.3.12 13:06 | Денис Романцов: "Борись, Березовский" |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 934 |
Аршавин удачно финтил и точно пасовал, Кержаков бил, бил и забивал и вообще – в матче с «Динамо» у «Зенита» прорвало даже Кришито с Хусти. Репортаж Дениса Романцова с «Арены Химки», где голов случилось больше, чем предусмотрено строчек на табло.
Хусти наносит очередной удар по «Динамо».
Фото:РИА Новости/Владимир Федоренко
Гостевая трибуна за воротами Малафеева раскатисто басила: «Го-ол, нужен гол, нужен гол!» К мячу как раз подходил Балаж Джуджак – после его подачи мяч спикировал на лоб Кевина Кураньи и срикошетировал в ворота. Силкинское «Динамо» славно своими камбеками, но туманная надежда на еще один маячила всего несколько минут.
Когда другой венгр, Хусти, спустя десять минут брел исполнять угловой, счет уже был под стать недельной моде – 4:1. Саболч еще не достиг флажка, когда динамовские фанаты принялись зашвыривать его всяким хламом. На подмогу Хусти примчался линейный арбитр, а его шеф Алексей Еськов не выдумал ничего лучше, кроме как присвоить мяч, унести его подальше и сделать выговор болельщикам устами стадионного диктора. Время таяло и в надежде прервать неловкую паузу к угловому флажку рванул Джуджак, устроивший спешную уборку края поля.
Болельщики «Динамо» встретили гостей из Питера традиционно сурово. Пик гнева выпал на эпизод с Файзулиным. В начале второго тайма Виктор занемог, уселся на газон и, пока к нему спешили доктора, стадион обрушил на правого вингера «Зенита» всю мощь своего негодования. Расплачивался за недомогание Файзулина один из врачей «Зенита» – на обратном пути к скамейке он выслушал пару недвусмысленных тирад от ближайших к полю болельщиков, но не прошел мимо, а сблизился с трибуной и вступил в непродолжительный диалог на повышенных тонах.
- В перерыве просил ребят выйти и сыграть так, чтобы не было стыдно перед болельщиками, – рассказывал Сергей Силкин.
Прошли считанные мгновения с того углового, когда стыдиться должны были сами болельщики, и Саболч Хусти получил возможность пробить с более удобной позиции. Мяч после прикосновения левой ноги венгра полетел в угол, который сторожил Березовский, но голу это не помешало. Зимой Спаллетти наигрывал Хусти на левом краю обороны и пятничным перфомансом (гол+пас за пять минут) Саболч убедительно указал на свою оптимальную позицию.
Неделю назад динамовцы отвоевали ничью в схватке с армейцами, и Силкин обронил упрек в адрес Кураньи, который-де снизил требования к себе. За несколько дней неосторожная ремарка (а точнее: ответ «да» на соответствующий вопрос) ожидаемо разрослась в ком слухов о недопонимании между Силкиным и лидерами команды и, как бы там ни было на самом деле, нервы и суета в действиях динамовцев заслонили спокойствие и волю. Если неделю назад в «Лужниках» «Динамо» хватило одного быстро пропущенного гола, чтобы проснуться и заиграть в свою силу, то теперь команда разошлась лишь после трех мячей, а прежде находилась в состоянии безыдейной прострации: игра не клеилась ни в центре, ни на флангах, и только неуемный Андрей Воронин то и дело устраивал выволочку виновным в пропущенных голах – по части неравнодушия к творящемуся с командой украинец всегда давал фору большинству партнеров.
– Я бы не стал говорить о слабости «Динамо», они здорово включились при счете 0:3, – признал Спаллетти, – я хотел бы сделать акцент на силе нашей команды. Мы провели очень уверенный и стабильный матч. Еще раз доказали, что «Зенит» – команда не только больших игроков, но и больших личностей – Денисова, Семака и других. У моей команды самый сильный характер в чемпионате.
Помимо всего прочего, Спаллетти отвесил комплимент Андрею Аршавина, отдав должное прогрессу в его действиях от матча к матчу. Прогресс Аршавина выражался в том, что в отличие от матча, например, с ЦСКА, он несколько раз довольно ярко вклинился в игровой процесс. Дважды ловко надул Фернандеса, эстетски обвел Семшова, нанес удар по воротам, в конце концов – изящно выкатил мяч Семаку перед третьим голом. Минуте к тридцатой андреева ретивость стала сходить на нет, но если вспомнить, какой на ту пору был счет, то вроде бы и ничего страшного.
В разгар послематчевого выступления Спаллетти на первом ряду конференц-зала зазвонил телефон – настойчиво так, упрямо зазвонил:
- Кто звонит? – поинтересовался Лучано.
- Гус Хиддинк, – был ответ.
- А я думал – Дик Адвокат.
Ну, наконец-то. Наконец-то у Спаллетти хорошее настроение.
Динамо – Зенит – 1:5 (0:3, 1:2)
Голы: 0:1 – Кришито (14), 0:2 – Кержаков (15), 0:3 – Семак (24), 1:3 – Кураньи (72), 1:4 –Кержаков (75), 1:5 – Хусти (79).
ДИНАМО: Березовский (4), Гранат (4), Епуряну (4), Ломич (4.5), Юсупов (4) (Нобоа, 46),Семшов (5), Кокорин (5) (Самедов, 46), Фернандес (4) (Мисимович, 73), Джуджак (5.5),Кураньи (6), Воронин (5.5).
ЗЕНИТ: Малафеев (7.5), Губочан (6), Алвеш (6), Ломбертс (6.5), Кришито (7.5), Денисов (7),Широков (6.5), Семак (7.5), Аршавин (7.5) (Канунников, 71), Файзулин (6) (Хусти, 59),Кержаков (8) (Бухаров, 83).
Предупреждения: Кураньи (25), Фернандес (59), Хусти (71), Ломич (90).
16 марта. «Арена Химки», 19.00.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 11.3.12 13:54 | Роман Дубов: «За пять месяцев мы вложили в «Портсмут» 12 миллионов фунтов» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 886 |
Летом-2011 в английский футбол пришел очередной русский предприниматель: Владимир Антонов купил «Портсмут». Спустя полгода генеральная прокуратура Литвы обвинила бизнесмена в финансовых махинациях и, заморозив активы Антонова, оставила «Портсмут» без владельца. Виталий Суворов связался с президентом спортивного подразделения «Конверс Групп» Convers Sport Initiative и уже экс-совладельцем «помпи» Романом Дубовым и выяснил, как жил бедный портсмутский клуб последние восемь месяцев.
Списать долги
– Вчера вечером вы были заняты. «Портсмут» имеет к этому отношение?
– Нет, это уже не было связано с «Портсмутом». Я покинул пост директора клуба 16 декабря прошлого года, и не имею к клубу непосредственного отношения в настоящий момент. Хотя, конечно, остаюсь болельщиком, и, разумеется, мы следим за тем, как будет развиваться ситуация. Потому что Converse Sport Initiative – компания, которой мы раньше владели, – по-прежнему является одним из больших кредиторов футбольного клуба «Портсмут». Плюс, со всем персоналом, с тренером команды я остаюсь в хороших отношениях. Все понимают, что произошедшее с Владимиром – это форс-мажор.
– Правильно ли понимать, что печальная история «Портсмута» началась 25 ноября – в день ареста Владимира Антонова?
– Да, все вышло достаточно прозаично. Ситуация началась тогда, когда у основного акционера «Портсмута» появились вопросы с литовским правительством. Не важно было тогда и не важно сейчас, является ли он виновным. Это докажет суд. Но вести активную деятельность стало невозможно, потому что лига требовала гарантий финансового обеспечения. По законодательству футбольной лиги, основной акционер должен дать гарантии на 18 месяцев. Так как все активы Антонова были заморожены, таких гарантий он дать не смог.
– Как вы узнали об аресте Антонова?
– Я находился в командировке в тот момент, когда получил сигнал от нескольких журналистов. Для меня это была полная неожиданность, шок, хотя, наверное, к этому никто не мог быть готов. После этого моей основной задачей было защитить те бизнесы, которые мы имели совместно и директором которых я являлся. Самая большая опасность заключалась в том, что все его основные счета, как я уже сказал, были заморожены, и мы боялись, что все остальные наши активы, которые находились на территории Великобритании, также могли быть заморожены на ближайшие несколько лет. И нам не оставалось ничего, кроме как перевести клуб во внешнее упавление и попытаться его сохранить. Если бы мы тогда этого не сделали, «Портсмут» был гораздо быстрее заморожен литовским правительством.
– Где сейчас находится Антонов?
– Сейчас он в Лондоне, все с ним хорошо, ведет достаточно активную подготовительную работу со своими юристами по поводу его вопросов с литовским правительством. На самом деле, обвинения ему пока не предъявлены, он является только подозреваемым. Эта история может затянуться на месяцы и даже на годы, но за то время, что мы были в «Портсмуте» мы зарекомендовали себя с достаточно хорошей стороны. Были большие инвестиции, игроки, которых мы приобрели летом, стали ключевыми, мы вложили в инфраструктуру «Портсмута» за пять месяцев гораздо больше, чем предыдущие владельцы за 10-15 лет.
– Больше – это сколько?
– Чуть больше миллиона долларов. Начиная от дополнительного тренировочного поля и инфраструктуры на стадионе, и заканчивая какими-то небольшими вещами. Клуб имел пятилетнюю программу развития, которую мы наметили и согласовали с советом директоров, и кто бы что ни говорил про Антонова, как инвестор, он вел достаточно правильную политику, и мы не чувствовали проблем с финансированием футбольного клуба. До его ареста мы инвестировали в «Портсмут» 12 миллионов фунтов. За время нашей работы ни одно рабочее место не было сокращено, дополнительные люди были набраны в управление, в селекцию. Было много положительных моментов, которые болельщики ощущали.
Я смотрю интервью с Чагаевым, который говорит, как тяжело ему было делать бизнес в Швейцарии. Но я могу сказать, что мы в «Портсмуте» вели правильную политику, и у нас не возникало проблем. Кроме того, мы всегда чувствовали полную поддержку от персонала, от игроков, от болельщиков, от мэра города, от парламента, который приглашал нас регулярно.
Кстати, Владимир неоднократно делал заявления, что как только его активы будут разморожены и суд состоится, он готов в любое время выкупить «Портсмут» обратно. И насколько я понимаю, он, как основной кредитор клуба, готов списать все долги, которые клуб имеет непосредственно перед ним.
– Антонов покинул пост президента через четыре дня после ареста, вы – только 16 декабря. Что вы делали эти три недели? Почему не ушли сразу?
– На самом деле, лично в моей отставке особой необходимости не было. Это мое собственное желание, я приходил в «Портсмут» строить клуб, развивать его, а в роли спасателя бизнеса или человека, который будет бороться с кредиторами, я себя не видел. Я ушел добровольно.
Дать гарантии
– В начале февраля клуб перешел во внешнее управление. Поясните, для тех, кто не понимает: что это значит?
– Внешнее управление связано с тем, о чем я рассказывал раньше – отсутствием человека, который может дать финансовые гарантии на 18 месяцев. Соответственно, до того момента, как клуб найдет новых владельцев, клуб переходит в руки внешнего управляющего, который должен защитить права кредиторов и принять решение по дальнейшей судьбе клуба. Я не сомневаюсь, что он примет решение сохранить «Портсмут» и вести его дальше. Тем не менее есть и другой вариант – распродать игроков и расформировать клуб.
– Почему переход под внешнее управление произошел только в феврале? Почему не в ноябре – сразу после ареста Антонова, не в декабре – после вашего ухода из клуба?
– Да, я объясню. Тех инвестиций, которые мы сделали за полгода, было достаточно для того, чтобы вести клуб на определенном уровне еще несколько месяцев. Клуб сам себя обеспечивал. Поэтому все думали, что за эти три-четыре месяца найдется новый хозяин или же господин Антонов решит свои проблемы с литовским правительством и вернется в «Портсмут». Наша компания сейчас тоже находится под внешним управлением, большая часть активов продана. Какие-то из них выкуплены менеджментом – в том числе, мной. Какие-то – все еще ждут своего покупателя. «Портсмут», к сожалению, находится в самом плачевном состоянии, – так как это был единственный проект, который мы строили на долгое время.
– У «Портсмута» есть задолженности по налогам, зарплате. Можете озвучить сумму?
– Это текущие задолженности. Общая зарплатная ведомость всех игроков в год – порядка 10 миллионов. На настоящий момент, насколько я знаю, все задолженности погашены. И они были связаны не с тем, что у клуба не было денег, а с тем, что счета были заморожены до перехода «Портсмута» под внешнее управление. Это сложная техническая процедура, о которой можно говорить долго. Но главная проблема клуба на данный момент – это отсутствие хозяина. И никто пока что не может гарантировано сказать: «Да, я готов финансировать «Портсмут». Такого, к сожалению, нет.
– Как много людей/компаний интересовалось клубом за последние четыре месяца?
– Интересуются многие, но до покупки дело пока так и не дошло. Было несколько серьезных консорциумов, которые даже предлагали оставить меня у руля клуба, но я решил, что мне надо отдохнуть от футбола и от «Портсмута» в частности. К тому же, я не готов работать с новыми владельцами. С Антоновым у нас был четкий план развития «Портсмута». А сейчас я не вижу владельцев, который готовы дать мне такие гарантии, который давал Владимир. Сейчас, насколько я знаю, управляющий клуб ведет переговоры с двумя-тремя компаниями, которые готовы взять «Портсмут». Но конкретных деталей я не знаю и не могу об этом говорить.
– Интересовались ли клубом в России?
– Нет, в основном, это были представители Азии, Ближнего Востока и несколько английских консорциумов.
Простимулировать покупателей
– В феврале управляющий делами «Портсмута» Тревор Берч признался, что клуб может сняться с чемпионата. Это действительно так?
– Я не думаю, что это произойдет. Задача управляющего – решить вопросы с кредиторами. Для того чтобы простимулировать их, простимулировать покупателей, иногда говорятся такие вещи. Это просто один из методов. Но, на самом деле, я не думаю, что клуб может сняться с чемпионата или вообще быть ликвидированным.
– В июле-2011 вы дали большое интервью нашему сайту и на вопрос о том, как встречают в Европе русских инвесторов, сказали: «Ни для кого не секрет: любому бизнесмену с российскими корнями делать бизнес в Европе довольно тяжело. Любые переговоры начинаются с присматривания, с вопросов о происхождении денег, о мировоззрении. Сначала люди относятся скептически, но мы стараемся их переубедить». Как относятся к вам сейчас?
– (Улыбается). Тут, конечно, надо рассматривать две ситуации: бизнес – это бизнес, персональные качества человека – это персональные качества. Я скажу так: после того, что случилось с Владимиром, в его адрес пришло достаточно много теплых слов от болельщиков, которые понимают, что произошедшее – это не следствие плохого отношения к бизнесу, плохого отношения к футбольному клубу. Никаких огненных стрел в нас не летело. В тех компаниях, где я остался, я чувствую поддержку людей, с которыми работаю.
– Ваша последняя встреча с болельщиком «Портсмута» – в пабе, ресторане, на стадионе – как это было?
– Я вчера встречался с болельщиком «Портсмута», который является одним из моих партнеров по бизнесу. Вчера же я был на матче «Портсмута» с «Редингом». А на прошлой неделе ужинал с Майклом Эпплтоном (тренером «Портсмута» – прим. Sports.ru). Надо понимать, что чувства болельщика – они сложные. Но нас судят не по тому, что произошло, а потому что мы делали до этого. А с этим никаких проблем не было.
– Возможно, глупый вопрос, но все же: вчерашний матч «Портсмута» вы смотрели из VIP-ложи или с обычной трибуны?
– Давайте оставим это без комментариев (улыбается).
Вырастить звезд
– Три вещи, произошедшие с «Портсмутом» за время вашей работы, которыми вы гордитесь?
– Первое и самое важное: мы не побоялись доверить команду Майклу Эпплтону, тренеру без большого экспириенса. Но я почувствовал в нем потенциал и уверен, что его ждет большое будущее. Конечно, сейчас ему тяжело. Когда я его подписывал, цели и задачи были другими. Но даже в сегодняшней ситуации команда прогрессирует, потому что игроки объединились вокруг тренера. Майкл чувствует раздевалку и следует достаточно прогрессивным футбольным взглядам. Если бы у него были возможности покупать новых игроков, брать их в аренду, «Портсмут» даже сейчас был гораздо выше.
– Второе.
– Когда мы пришли в «Портсмут», в клубе была не самая лучшая ситуация. Разрозненность, отсутствие доверия. За пять месяцев мы попытались изменить это, изменить коммерческую часть предприятия, и за это время в три раза больше спонсорских денег, чем за предыдущие три года. Вместе взятых. Я думаю, мы можем этим гордиться.
Ну, и третье – это вещи, которые происходили на футбольном поле. Скажем, все те футболисты, которых мы тщательно выбирали летом, стали важными фигурами в сегодняшнем «Портсмуте». Тот же Хендерсон, который стал вратарем первой сборной Ирландии. Другие игроки, которых мы покупали практически за копейки. Я не могу сказать, что мы где-то сделали ошибки.
Если же говорить, о каких-то маленьких изменениях, мы, например, первыми сделали match-day программу для iPad. То есть болельщик «Портсмута» может теперь покупать программку не только на стадионе, но и дома. В первый же день запуска мы продали более двух с половиной тысяч программ. Еще мы сделали банковскую карточку с логотипом «Портсмута». То есть было много таких моментов, которые нельзя назвать значительными, глобальными, но каждое из этих действий улучшало коммерческую привлекательность клуба.
– Выше вы говорили об игроках. Вспомните самого звездного футболиста, который отказал «Портсмуту» за время вашей работы.
– Я думаю, что сейчас некорректно говорить о тех, с кем мы не смогли договориться. Но такого, чтобы кто-то не хотел переходить конкретно в «Портсмут», не было. Некоторые клубы просили слишком много денег, некоторые агенты или игроки просили высокие заработные платы, и мы на это не соглашались. Когда мы пришли в клуб, мы выработали финансовую модель, которая должна была быть неизменной в течение пяти лет. И если игрок вписывался в это систему, мы были готовы его пригласить. Но план был в том, чтобы в течение короткого времени – скажем, двух лет – перейти к тому, чтобы больше заниматься собственными воспитанниками и брать совсем молодых футболистов. Нам хотелось вырастить своих звезд.
– Самый большой промах, который вы совершили в «Портсмуте»? Разумеется, до 25 ноября.
– Сложно сказать. Я не считаю, что у нас были какие-то серьезные ошибки, которые мы сами же не исправили в последующей работе. Возможно, надо было более агрессивно проводить маркетинговую политику. Возможно, стоило более резко омолодить состав. Но опять же: до 25 ноября клуб развивался в достаточно хорошем ритме.
Увеличить посещаемость
– Самое яркое впечатление от английского футбола, в котором вы крутились около полугода?
– Я скажу честно: я бизнесмен и старался убить в себе болельщика на протяжении всех этих пяти месяцев. Моей задачей было поставить футбол на рельсы бизнеса. Поэтому те эмоции, которые я получал от футбола, гасились другими проблемами и задачами – уже в бизнесе. Но, разумеется, каждая игра – это что-то незабываемое и каждая из них приносила удовольствие. Можно вспомнить встречу с «Челси», когда впервые в истории «Портсмута» на товарищеский матч собрался полный стадион – 21 тысяча. Такого не было никогда.
И, кстати, за те пять месяцев, что мы работали в клубе, мы серьезно занимались посещаемостью. И я могу сказать, что даже по сравнению с прошлым годом, на наши игры ходило больше людей. Мы тщательно разрабатывали систему для того, чтобы привлечь на стадион молодое поколение.
– Назовите пару конкретных шагов. Возможно, вас прочитают и руководители некоторых российских клубов.
– У нас было несколько акций. Одна из них называлась Super-Six – мы продавали билеты пакетом на следующие шесть домашних матчей. Для того чтобы их могли купить те, кто не готов к приобретению сезонных абонементов и, например, хочет приглядеться. Кроме того, мы сделали систему, при которой каждый человек мог купить в интернете ваучер на пиво и пирожок, для того чтобы, придя на стадион, он не толкался в очереди, а сразу присаживался на свое место уже с едой.
Была еще одна акция, когда на определенные матчи билет для детей стоил столько, сколько ребенку лет. Два года – два фунта, пять лет – пять. Или акции для семей: скажем, мама, отец и два ребенка покупали четыре билета по цене трех. Было очень много подобных историй, мы достаточно тщательно наблюдали за тем, как работают над посещаемостью в НБА, НХЛ, других американских лигах. И старались что-то перенимать. Возможно, сейчас я чувствую себя немного расстроенным из-за того, как все закончилось. Но то, что мы делали в течение своей работы, – это было правильно.
– Бригада «Футбольного Клуба», заскочившая в Портсмут на финише прошлого года, сняла дивный сюжет о Джоне Уэствуде – скромном работнике книжной лавки по будням и самом безбашенном фане «Помпи» по выходным. Вспомните других удивительных людей, с которыми вы познакомились благодаря работе в «Портсмуте».
– На самом деле, у клуба очень много ярких болельщиков. Начиная от финансового директора «Портсмута» Джона Редгейта, который первый раз пришел на стадион в четыре года. Заканчивая нашим стюардом Джоном Дженкинсом – легендой клуба, который провел в «Портсмуте» всю свою жизнь. Ему уже 92, а он до сих пор помнит все матчи клуба с 30-х годов.
Конечно, когда думаешь об этом, тяжело понимать, что в том, что произошло в футбольном клубе «Портсмут» есть большая наша вина. Но опять же лишь повторюсь: это был форс-мажор.
Оплатить обеды
– Самая забавная история, которая приключилась с вами за время работы в «Портсмуте».
– Мне всегда было интересно общаться с игроками – например, с Нванкво Кану. Он всегда рассказывал много смешных футбольных историй из своих жизней, потому что он достаточно неординарный человек. Каждый день в клубе был по-своему забавным. Например, когда игроки занимаются на тренировочной базе, их обслуживает персонал клуба. Мы однажды деликатно подняли этот вопрос, и было приятно, что футболисты сразу откликнулись. Получилось так, что все игроки со своих зарплат оплачивали обеды всему персоналу, который есть у нас на базе. И таким образом объединили коллектив.
Был еще один забавный случай. Я, правда, не буду называть фамилию футболиста. Вышло так: он должен был приехать к нам на просмотр, но встречали его не клуб, а агент. И этот же агент каким-то образом привез его не в «Портсмут», а в «Саутгемптон» (смеется).
Выкупить клуб
– И последний вопрос: понятно, что вы не можете знать, что будет с «Портсмутом» дальше. Но все же назовите, скажем, три варианта развития событий: лучший, худший и тот, что представляется вам наиболее реальным.
– Я думаю, что наиболее реальный вариант выглядит так: в течение месяца-полтора клуб выйдет из-под внешнего управления и перейдет в чьи-то руки. Это может быть новый владелец, который будет строить новый план и новую жизнь. Это может быть один из предыдущих владельцев, который выкупит клуб для того чтобы поддерживать его какое-то время и перепродать уже позже, когда появится реальный покупатель. Худший же вариант – это, конечно, ликвидация клуба, но я очень скептически к этому отношусь. И, конечно, как болельщик, не хочу, чтобы это случилось. Я по-прежнему переживаю за «Портсмут» и благодарен тем людям, которые работали с нами, волновались за нас и болели за наш клуб.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
|
MyArticles 0.6 beta for RUNCMS: by |
|
|
Рейтинг участников конкурса Лиги Чемпионов
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Лиги Европы
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Чемпионата России
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса АПЛ
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса испанской Ла Лиги
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса итальянской Серии "А"
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Бундеслиги
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса французской Лиги 1
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
|
