Агент нового главного тренера "Кубани" Доринела Мунтяну Леонид Истрати прокомментировал его уход из "Мордовии".
– Да, мой клиент покинул Саранск. Отпускать нас не хотели, но решение в итоге принято. Оно наверняка расстроило и даже задело тех, кто принял Мунтяну в России. Эти люди поверили в его талант, дали шанс. Они сразу предложили не короткий контракт с условным испытательным сроком, а полноценный договор, ясно дававший понять: в этого тренера мы верим. Откровенно говоря, жаль, что наше сотрудничество с "Мордовией" завершилось именно так – неожиданным расставанием. Но мы, поверьте, не предпринимали никаких усилий, чтобы уйти из клуба, не искали варианты на стороне. Доринэл был настроен работать в Саранске как минимум еще один сезон. Предложение из Краснодара в буквальном смысле свалилось нам на голову. Эта команда будет играть в еврокубках, там фантастические болельщики и перспективы сделать много, получив работу, о которой мечтают многие тренеры. Надеюсь, нас со временем поймут те, кто принял, что называется, Мунтяну сердцем в Саранске.
– Вместе с вашим клиентом в Краснодар переезжает весь его штаб?
– Да. Мы оставили программу на первые тридцать дней подготовки. Я предлагал клубу нового тренера – амбициозного, голодного до успеха, умеющего хорошо работать. К сожалению, эти предложения не приняли. Жаль. Мне бы хотелось помочь команде. Там работают очень симпатичные и отзывчивые люди.
– Вы сознаете, что Мунтяну подвел "Мордовию"?
– Доринелу было некомфортно и неудобно говорить о том, что он уходит. Он порядочный человек, с определенными моральными принципами. У нас был очень тяжелый день в Саранске.
– Правда ли, что контракт Мунтяну в "Кубани" рассчитан на 4 года?
– Нет. Мы ничего не обсуждали в Краснодаре. Да, когда пришло приглашение из Краснодара, дали в ответ понять: хотим, готовы, но сначала нужно решить вопрос в Саранске. Это очень тяжело – уходить от тех, кто не хочет тебя отпускать, кто желает быть с тобой. Люди говорят: оставайся, ты нам нужен, мы в тебя верим, тебя тут любят... Вы им в ответ упорно отказываете. Откровенно говоря, у меня не было уверенности, что мы сможем это выдержать. И очень хотелось сделать этот разрыв цивилизованным, расстаться по-человечески.
