Последние дискуссии на форумах
|
Активные конкурсы прогнозов
|
|
| Раздел: | |  Тренерский раздел
Делимся своими наработками, обсуждаем учебные программы, спортшколы и все, что связано с тренерской работой. |
| Журналистика
Мнения, пожелания, размышления и измышления журналистов в мире футбола. Как делаются сенсации и изнаночная сторона спортивной журналистики. |
| НАПИШИ САМ О СПОРТЕ
Приглашаем всех творческих людей в этот раздел. Пишите о наболевшем!
Может Вы непризнанный гений или спортивный обозреватель? Попробуй заяви о себе миру. |
| Интервью
Выкладываем сюда интервью уважаемых людей о спорте.
Можете сами взять интервью у уважаемых людей Вашего региона представившись внештатными корреспондентами нашего портала. Возможно лучшие и самые интересные интервью будут опубликованы в спортивной прессе. |
| | Бельгийский футбол
Футбол Бельгии |
| | Другие европейские чемпионаты
Чемпионаты других европейских стран, не вошедшие в список |
| ОБСУЖДАЕМ МАТЧ НЕДЕЛИ
Обсуждаем матч недели |
| Видео обзоры европейских чемпионатов
Видео обзоры европейских чемпионатов |
| | Видео обзоры Чемпионата России
Видео обзоры Чемпионата России |
| РОССИЯ 2018
|
| | Официальные материалы
Официальные материалы и высказывания официальных лиц и организаций о подготовке к Чемпионату Мира 2018 по футболу. |
| | Персоны
Высказывания и интервью публичных персон, которые так или иначе задействованы в подготовке или участии на ЧМ 2018 |
| | Новости ЧМ 2018
Все новости о подготовке к проведению Чемпионата Мира 2018 |
| | Проблематика
Проблемы и пути их решения, возникающие на пути к проведению ЧМ 2018 |
| Футбольные телевизионные передачи
|
| | Футбольный клуб
|
| | ПРО и КОНТРА
Передача питерского телеканала ТВ100 о футболе. Очень интересный формат передачи. |
| | Телепередача "90 минут"
Телепередача "90 минут" |
|
|
|
| 7.12.11 19:54 | Александр Ткач: "Турецкие сумерки. Сага. Затмение" |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 18581 |
Президент «Фенербахче» ждет своей участи. Фото:REUTERS/Murad Sezer
О том, как в Турции начинался масштабнейший скандал вокруг договорных матчей, Sports.ru писал еще в июле. Спустя почти полгода крайне поучительная и любопытная для нас история (думаю, никому не нужно объяснять, что именно в ней заставляет вспоминать о родных широтах) получила новый поворот – дело наконец-то дошло до суда. Пока что в самом прямом смысле: прокурор Мехмет Берк передал в стамбульский суд номер 16 плоды своей многомесячной работы в семнадцати томах, включая, естественно, пожелания на тему того, кому и сколько следует дать.
Пожелания у Берка получились более чем масштабные: по его мнению, 93 человека должны быть наказаны, а один из них, президент «Фенербахче» Азиз Йылдырым, – заслужил от 59 до 132 лет тюрьмы по совокупности преступлений. Совокупность эта включает организацию десяти договорных матчей и, как ни странно, стимулирование чужих соперников (его новый турецкий закон тоже запрещает). Йылдырым, несмотря на все свои регалии и связи, сидит в столичном СИЗО еще с лета, а предложенный прокуратурой приговор де-факто означает пожизненное заключение – просто разной степени позорности.
При этом главным злодеем в этой истории считается не Йылдырым, занимающий «почетное» второе место, а экс-президент втородивизионного «Гиресунспора» Олгун Пекер – ему вменяется создание вооруженной преступной группировки, для которой футбол и договорняки были отнюдь не единственным видом деятельности.
В числе известных россиянам фигурантов дела оказались спартаковец Эммануэль Эменике, бежавший из Турции при первой же достойной возможности, и несостоявшийся железнодорожник Серджан Йылдырым, который, так и не перейдя в «Локо», оказался в «Галатасарае». Оба они обвиняются в соучастии в организации договорных матчей. Что будут делать с нигерийцем, который явно не горит желанием возвращаться в Турцию, в случае обвинительного приговора, пока не очень ясно, а вот карьера Йылдырыма уже поставлена на паузу – играть в матчах Сюпер Лиг ему запрещено. В то же время с нескольких десятков лиц – например, с Эмре Белезоглу – обвинения были сняты.
За две недели суд должен открыть дело или отказать в его возбуждении дело – но вряд ли кто-то в Турции ждет другого исхода, кроме суда. На язык так и просится какой-нибудь громкий слоган – например, «Нюрнбергскому процессу над турецкой футбольной коррупцией быть». Сходства, конечно, есть: дело не просто громкое, но важное как международный прецедент, фигуранты в нем множество и действовали они организованно, да и приговор суда, кажется, лишь формально закрепит то, что уже давно стало общеизвестным фактом. Тем не менее, объявлять об окончательной победе над «многоголовой гидрой футбольной коррупции» в отдельно взятой стране пока что рано. Зато кое-какие выводы можно сделать уже сейчас. Главный из них на сегодня заключается в том, что самостоятельно очистить себя от договорных матчей футбол не в состоянии – по крайней мере, в странах, где коррупция ближе к норме жизни, чем к отклонению. В Турции не зря перестали на это надеяться, и очистительная инициатива пришла в местный чемпионат извне и сверху. Вместо какого-нибудь Кодекса чистой и непорочной игры в исполнении спортивных чиновников был принят полноценный парламентский закон о правонарушениях и преступлениях в спорте, а расследованием договорняков занялся не Комитет по этике (который у местной федерации тоже есть), а самые настоящие следователи прокуратуры.
Местной федерации футбола отведена роль исполнителя и «проводника высшей воли» – но даже с этой своей ролью она справляется не блестяще. Последовательные и жесткие меры давались ей с трудом, желание «не накалять обстановку», «не раздувать трагедию» и «учесть былые заслуги» из раза в раз создавало у ТФФ соблазн не выметать сор не из избы, а тихонько убрать его под коврик. Порой казалось, что футбольные чиновники ведут борьбу с коррупцией лишь настолько рьяно, насколько этого достаточно, чтобы не вызвать подозрений в сочувствии коррупционерам, – но не более того. Так что в нынешнем расследовании федерация занимается сугубо футбольной стороной скандала – на уровне того, кому из обвиненных в договорняках футболистов комитет по этике запретить появляться на родном стадионе или какой из клубов исполком лишит места в высшей лиге.
Все остальное время федерацию по большому счету заставляют шевелиться местные нефутбольные органы (прокуратура) и зарубежные футбольные (УЕФА). Последние, правда, руководствуются интересами не столько турецкого футбола, сколько общеевропейского – а это не всегда одно и то же.
Например, ТФФ совершенно не хотела лишать «Фенербахче» места в Лиге чемпионов, завоеванного им в прошлом сезоне вместе с золотыми медалями. Суд, мол, еще ничего не решил, вот будет приговор – будем решать. Только вот УЕФА совершенно не прельщала перспектива узнать посреди розыгрыша или ЛЧ по его окончании, что в числе участников оказался клуб-махинатор. К тому же, на неформальном уровне в том, что «Фенер» виновен и будет наказан, никто в ТФФ не сомневался. УЕФА пришлось прибегнуть к жестким и неприглядным мерам – в августе в Стамбул срочно отправился один из руководителей Пьер Корню, поставивший перед турками ультиматум: либо она лишает «Фенер» лигочемпионского места уже сегодня, либо пострадают все клубы. ТФФ, еще за пару дней до этого упорно ссылавшаяся на презумпцию невиновности, согласилась – и получила гигантскую порцию критики внутри страны. Тем более что место «Фенера» автоматически занял «Трабзонспор», президент которого Садри Шенер также фигурирует в деле, хоть и не на первых ролях.
Возмущению руководителей «Фенербахче», естественно, не было предела. В знак протеста они пошли на весьма экстравагантный шаг – попросили, раз такое дело, перевести клуб из высшего дивизиона в первый. Только с условием, что на этом «травля» закончится. Потом, правда, передумали и самоотвод брать отказались. Вместо этого клуб подал судебные иски – к ТФФ в гражданский суд на 100 млн евро и к УЕФА в Главный арбитражный суд в Лозанне.
Не все идеально было и в действиях государства – кое-где разным ветвям власти не хватало согласованности. К примеру, месяц назад турецкий парламент принял поправки в тот самый суровый закон о футболе, которые снизили бы возможные сроки для виновных в купле-продаже матчей с 5-12 до 1-3 лет. Казалось бы, идея не лишена логики и гуманизма: все-таки десяток лет за обман в игре в мяч ногами – это что-то почти сталинское. Однако момент уже был упущен – теперь, в преддверии суда, инициатива парламентариев выглядела как попытка облегчить жизнь вполне конкретным людям по небесплатной просьбе. Мнение общественности пришлось учесть, и президент страны Абдулла Гюль наложил вето на поправки.
Финал турецкого скандала ждать еще довольно долго: неизвестно, когда состоится суд, как долго он продлится и когда его приговоры вступят в силу после всех апелляций. Но даже если предположить, что он закончится ничем, что фигуранты его выйдут на свободу, отделавшись символическими наказаниями, и продолжат делать игру миллионов бессмысленной для этих самых миллионов, нам все равно есть что вынести из этой истории – и, может быть, воплотить, не повторяя чужих ошибок.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 6.12.11 17:07 | Валерий Карпин: «В этом году понял: игроки должны бояться тренера. К сожалению» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 10.00 (1) Оценить | Хитов 1292 |
Валерия Карпина должны бояться. Фото: РИА Новости/Алексей Даничев
Осенью Валерий Карпин дал большое интервью Sports.ru, в котором подробно рассказал о своем стиле, привычках и бизнесе. Дождавшись окончания второго круга, Юрий Дудь отправился к Карпину вновь – чтобы поговорить о футболе и только о нем. Почему не забивает Веллитон, зачем делать из Комбарова опорного и как попасть на стажировку к Моуринью – в эксклюзивном интервью, где не получится найти слова «пряжка», «Дольче» и «Габбана».
Отдать
– Матч в сезоне-2011, после которого вы дольше всего не могли уснуть?
– Домашний против «Кубани», когда сыграли в ничью. Понятно, что ничья дома – это плохо. Ощущения после этой игры были даже тяжелее, чем после поражений от «Зенита» или «Порту». Не могу сказать, что играли плохо. И настрой был такой, как положено, и моменты были, но не выиграли. Вот и получилась самая сложная ночь.
– Сложная – это как?
– Уснул только часов в шесть. И настроение было препоганейшим. Ни российский, ни европейский футбол смотреть не стал. Включил телевизор, поставил какой-то фильм – все, чтобы только не думать о футболе.
– Чему тренер Валерий Карпин научился в 2011 году?
– С точки зрения тактики ничего не изменилось. Единственное – в некоторых играх специально пытались отдавать инициативу. Получалось не всегда. С «Локомотивом», например, получилось, с «Рубином» – нет.
– Объясните, зачем надо отдавать инициативу «Рубину».
– «Рубин» сам любит играть вторым номером, он так играть привык. Пусть сейчас говорят, что там произошли изменения, но по мне глобально ничего не поменялось. С кем-то «Рубин» играет по-другому, но с командами первой восьмерки – так же, как раньше: плотная оборона, быстрые выходы в контратаку. Когда у защитников «Рубина» есть пространство за спиной, у них возникают проблемы. Именно поэтому мы пытались – повторюсь, пытались – отдать им инициативу, чтобы «Рубин» увяз в нашей обороне, а у нас было пространство – убежать.
Собственно, это и есть цель любой игры, где ты отдаешь инициативу. Долгое владение мячом с созданием голевых ситуаций – это совершенно другой футбол. Это то, что делает «Барселона». Но чтобы делать, как «Барселона», нужно очень высокое исполнительское мастерство. На ограниченном пространстве найти пас или обыграть одного-двух-трех в тысячи раз тяжелее, чем это делать в свободном пространстве. Оставь Эменике один в один на полполя с любым игроком, он его либо обыграет, либо убежит. Ограниченное пространство – совсем другое дело.
– Что изменилось в тактическом плане, я понял. Что – в психологическом?
– В общении с игроками многое для себя понял.
– Расскажите.
– Понимать значимость тренировок, настроя, игр – для многих футболистов это аксиома. Но, как оказалось, не для всех. Если внимание того, кто хочет всегда выигрывать, на это не надо обращать, то в отношении других футболистов – обращать надо, причем больше, чем раньше. Надеяться только на понимание, на профессионализм игроков – это неправильно. Не буду называть фамилии, но далеко не все оказались профессионалами.
– И что вы делали?
– Что конкретно – говорить не буду. Но то, что нужен кнут и пряник, это однозначно. В каких-то ситуациях нужно больше кнута. И это печально для меня, потому что это не мой стиль, не мой путь. В этом году я понял: к сожалению, футболисты должны бояться тренера. Пусть это и противоречит моим принципам.
– Но вы же сами с такими тренерами работали.
– Ну да. В России всегда была боязнь тренера. Но это вопрос эпохи. В советское время ученики 8-го класса не могли посмотреть на учителя – не то что ему что-то сказать. То же касалось и футбольного тренера. Сейчас восьмиклассники бьют учителей. Сейчас все демократично, либерально – так и должно быть. Но у нас это не всегда работает и приводит к перекосам. Так что в этом году я вынес: помимо хорошего отношения, футболисты должны бояться. Без боязни они не могут достойно выступать. Повторюсь – к моему большому сожалению.
Жозе
– Российские тренеры часто ездят на стажировки. Когда была последняя у вас?
– В прошлом году ездил в Мадрид. В «Реал».
– К кому?
– Как к кому? К Моуринью.
– Новости об этой поездке ничего не знают.
– Никто не знает. Почему я должен об этом всем рассказывать? Вообще не хотел, чтобы это появлялось в прессе. Съездил и съездил. Пообщался и пообщался.
– Устроить стажировку в команде Моуринью – это проблема?
– Да, довольно большая. Удалось через знакомых.
Опорно
– Как у вас родилась идея – сделать из флангового игрока Дмитрия Комбарова опорного полузащитника?
– Как все идеи рождаются – сначала витала в воздухе, а потом решили попробовать Комбарова в опорной зоне. Причем и Диму, и Кирилла. Мне кажется, у них есть все, чтобы играть там. Что именно? Во-первых, они выполняют объем, необходимый для опорника, которого сейчас принято называть box-to-box. Скорость, которая позволяла им играть на фланге, никуда не денется, – это два. Футболистов, которые играют от штрафной до штрафной со скоростью флангового полузащитника, очень мало. В этом их большой плюс. Неуступчивость и цепкость при оборонительных действиях, которыми они отличаются и на фланге, – три. Дисциплинированность – четыре. Да, возможно, им не хватает видения поля именно из центральной зоны. Привыкая играть на фланге – могу даже по себе судить, – ты знаешь: принял мяч вполоборота и в 90 процентах случаев за спиной у тебя никого нет – там уже бровка. И обзор поля у тебя если не 180 градусов, то градусов 120. А в центре поля нужно постоянно крутить головой и принимать решения намного быстрее. И еще важно: спиной к воротам ты здесь получаешь мяч гораздо чаще, чем на фланге.
– У вас был разговор с Комбаровым? Вдруг ему хочется и дальше бегать по флангу и отдавать голевые.
– Он тренировался на позиции опорного, мы еще в начале года его там пробовали. Плюс за неделю до игры стали наигрывать в центре. А отреагировал он совершенно спокойно. Сказал ему: «Считаю, можешь там сыграть». – «Да не вопрос». Кирилла в центре поля мы тоже попробуем.
– Объясните, чем вам так нравится Рафаэл Кариока. Не все понимают, если учесть, что он-то как раз не самый дисциплинированный опорный на свете.
– Недисциплинированный? Один раз заработал удаление и теперь все несколько лет ему будут это вспоминать.
– Как же, пару лет назад в Бразилию он чуть ли не сбежал.
– Недисциплинированность на поле и за его пределами – разные вещи. И давайте вспомним, когда он уезжал. Сравнивать 19-летнего мальчика, впервые уехавшего из Бразилии, впервые оторвавшегося от мамы, с 21-летним зрелым игроком совершенно неправильно. У любого из нас в ранней юности происходит то, что в 20 лет произойти уже не может. Зачем вспоминать, что он в 19 лет хотел уехать к маме? Я первые полгода из Испании хотел уехать. Нормально, переборол себя. Первые 6 месяцев всем тяжело.
Вы спросили, чем нравится Кариока. Первое: таких опорников с точки зрения техники, работы с мячом в чемпионате России нет вообще. Мяч отобрать у него практически невозможно – даже если он получает его спиной к воротам. Процент брака в передачах, брака в приеме мяча, брака в работе с мячом очень низкий. Даже если ему просто подсовывают мяч, он вылезает из самых сложных ситуаций. Говорят, что Кариока делает лишние касания. Но никто не говорит, что ему просто отдать некому – никто не успевает открыться.
Идем дальше – цепкость. Когда Кариока вступает в отбор, процентах в 95 он выигрывает единоборство. Причем без фола.
Да, не хватает каких-то вещей. То, что я говорил в передаче на «НТВ-Плюс»: у нас ставится штамп и он стоит на игроке потом лет пять. Кто-то сказал, что Кариока не играет вперед. И только когда кто-то заметит, скажет: «А Кариока-то вперед стал играть», – все поменяется. Даже если он будет играть назад. Со штампами, с трендами так всегда было и будет.
Да, бывает, Кариока передерживает. Бывает, можно сыграть быстрее и вперед. Да, бывает. Но он растет. Мое мнение: если ему еще добавить объема работы на 15-20 процентов, Кариока играл бы сейчас где угодно. В любой команде мира.
– Главный тренер дортмундской «Боруссии» Юрген Клоп сказал: «Я никогда не возьму себе в команду говнюка, как бы здорово он ни пинал мяч». Когда вы ищете футболиста, вам принципиально, чтобы он не был говнюком?
– Естественно. Любому нормальному человеку находится 300 дней в году рядом с говнюком не хочется. И уж тем более играть с ним в команде. Поэтому да – мы обращаем на это внимание. Только у Клоппа не спросили: не прокалывались ли они с кем-нибудь? Сто процентов прокалывались.
– А вы прокалывались?
– Конечно. Да, мы собираем максимально подробную информацию. Но проколы бывают.
– Самый сложный человек, с которым вам приходилось находиться в одной команде? Неважно – в каком качестве.
– Как тренер – не буду говорить. Сложные люди и сейчас с нами есть. А когда был игроком, мне было сложно работать с Хорхе Вальдано в «Валенсии». Мне нужно больше конкретики. Делаю что-то неправильно – пусть мне объяснят: вот тут, тут и тут не так, надо делать так. Когда же говорят красиво, но неконкретно, футболист не может понять, чего от него хотят. А Вальдано говорит: «Мы плохо обороняемся. Нам надо обороняться лучше». Все кивают и молча расходятся.
Аргентина
– Рохо играет в сборной Аргентины, а в «Спартаке» – нет. Почему?
– Потому что на его позиции в «Спартаке» есть игроки, которые на данный момент сильнее – Сухи и Пареха. Тем более, в сборной Аргентины Рохо играет левого защитника, а у нас левый защитник – русская позиция. И я думаю, это плюс. «Спартак» сейчас выходит на тот уровень, что игрок сборной Аргентины или сборной Голландии не проходит в основной состав. Это нормально. Это говорит, что уровень команды поднимается.
– Вам возразят, что вы его неправильно используете. Что он не центральный защитник, что слева у него получалось бы лучше.
– Этому человеку я отвечу: а пятого россиянина мне где использовать?
– То есть если бы в России не было лимита на легионеров, Рохо выходил бы слева?
– Возможно, выходил бы. Если был бы в порядке. А возможно, Макеев был бы лучше его и все равно играл.
– Почему Павел Яковлев играет в «Крыльях», а не в «Спартаке»?
– Спросите у Яковлева. Пусть подумает. Почему футболисты не играют в «Спартаке», уходят и прекрасно себя чувствуют? Первую причину я назвал – уровень конкуренции, он здесь абсолютно другой.
Есть другая важная вещь. Мехо Кодро – в течение трех лет лучший бомбардир в составе «Реал Сосьедад», забивал под 30 голов. Перешел в «Барселону» – все, закончилось. Или вратарь Ришар Дютрюэль из «Сельты». Провел в «Барселоне» полгода всего. В больших командах есть прессинг, который идет от тренера, болельщиков, журналистов, партнеров по команде, от тебя самого, в конце концов. Одно дело играть, не имея под собой конкурента, расслабленно. Цена твоей ошибки гораздо ниже. Пять раз ошибешься – продолжаешь играть. В «Спартаке», ЦСКА и «Зените» один раз ошибешься – потеряешь место в составе, потому что за твоей спиной есть конкурент. Поэтому есть те, кто в больших клубах играть могут, а есть те, кто не могут.
Боня
– Это правда, что Сергеем Паршивлюком интересовался «Анжи»?
– Интересовался, да.
– Вы сомневались в том, что он останется?
– Если бы не было адекватного предложения от «Спартака», мог и уйти. Все мы понимаем, что Паршивлюк – спартаковец до мозга костей. Надеюсь и думаю, что он будет здесь, пока будет играть в футбол. Но помимо любви к «Спартаку» и любви к этой игре, есть и экономика. Если в «Спартаке» ему дают 10 рублей, а там – 10 миллионов, как бы кто кого ни любил, решение очевидно. И это касается не только футболиста. Вот если вы на Sports.ru получаете 1 миллион рублей, а в «Анжи» вам предложат 10 миллионов долларов, думаю, вы туда пойдете. И, возможно, даже пешком.
– Турецкие журналисты выяснили, что Эммануэль Эменике 78-го года рождения. Как вы проверяли его возраст, когда покупали?
– Никак. Как-то узнавали, можно ли провести медицинский анализ на возраст. Выяснилось, что он дает результат с поправкой «плюс-минус 5 лет».
– То есть Эменике вы брали под честное слово?
– Ну, какое честное слово? Человек играет – играет. Будет играть еще три года – будет. 78-й год – это бред сумасшедшего, конечно.
– Веллитон за 18 матчей забил меньше, чем Эменике – за 11. У вас был разговор с Веллитоном по окончании сезона?
– Разговор был. Причины такого выступления мне были понятны с самого начала.
– Это какие?
– Не буду озвучивать их в прессе. Все и так догадываются.
– Вас правда напрягало, что Веллитон встречался с Викторией Боней? Она об этом в интервью говорила.
– Неправда. Мне абсолютно без разницы, встречается он с Боней, Машей или Дашей. Меня может напрягать, только если футболисты не спят по ночам, потому что тусуются.
– И что Веллитон, пообещал исправиться?
– Что значит «пообещал»? Захочет – исправится. Хочет играть в «Спартаке», забивать голы, больше зарабатывать – исправится. Не захочет – не будет исправляться. Но это проблемы Веллитона, не «Спартака». «Спартак» проживет без Веллитона, без Карпина, без любого другого. Чуть лучше, чуть хуже, но проживет.
– Вы недавно сказали, что беда Дзюбы – лень.
– Дзюба может играть лучше, во многих матчах мы в этом убедились. К сожалению, его надо подстегивать.
– Как Комбаров стал опорным полузащитником, вы рассказали. Как так случилось, что Дзюба перестал играть на острие атаки?
– Это произошло не сейчас – еще в 2009 году. Уже тогда он играл второго нападающего. При форвардах типа Веллитона или Эменике его место именно там. У Дзюбы нет скорости, которая нужна первому нападающему. Чтобы играть с одним столбом, нужно выигрывать весь верх или все принимать. Принимать, как это делает Кураньи – в недодачу, так, чтобы не подобраться, – Дзюба пока не может. Зато он очень мобильный – это кого-то удивит, учитывая его рост и вес. Когда захочет, Дзюба может давать объем больше Комбарова – есть даже статистические доказательства. Такая мобильность для второго нападающего – то, что нужно. Ну и сыграть в пас он может получше многих. Так что на этой позиции он выглядит намного убедительнее, чем на месте первого форварда.
Две
– Сколько еще вы собираетесь занимать сразу на две должности?
– Не знаю. Я вообще об этом не думаю.
– Предположим, что «Спартак» в следующем году становится чемпионом. Все признают: Карпин – тренер. Вы продолжаете работать и тренером, и гендиректором?
– Ну да. Если это даст результат, зачем что-то менять?
– Но это же не жизнь.
– Это уже мои проблемы, это моя жизнь. Сложно – сложно. И физически, и психологически. Но если мы занимаем первое место, какие могут быть вопросы?
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 6.12.11 09:50 | Арсен Акаев: «Если такое еще раз повторится, приедете на базу и скажете мне: «Ты трепло!» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 6.00 (1) Оценить | Хитов 804 |
«Да, я эмоционален во время матчей». Фото: РИАН/Сергей Расулов
Пока смешанные единоборства с участием Спартака Гогниева не дают покоя никому, кроме самого Спартака Гогниева, Sports.ru продолжает тему драк в российском футболе и назначает встречу самому горячему тренеру премьер-лиги. За что получил в нос Василий Березуцкий? Из-за чего началась потасовка с «Динамо»? Ответы на эти и многие другие вопросы – в эмоциональном интервью тренера «Анжи» Арсена Акаева.
От зари до зари
– В отличие от большинства футболистов «Анжи» и вы, и Андрей Гордеев живете на базе. Почему? Разве не скучно?
– Это со стороны может показаться, что скучно, но всегда есть какое-то дело. Мы утром встаем, и сразу же начинается рабочий процесс – сначала тренерское совещание, затем тренировка, потом разбор тренировки и уже планирование следующей. Постоянный просмотр соперников. Муслимыч всегда повторял: для тренеров и футболистов выходных не существует, работаем от зари до зари. Поэтому ни на что другое времени не остается. Да и в любом случае, если что-то вдруг понадобится, всегда можно съездить в Москву – нет проблем. Клуб предоставит транспорт. А постоянно жить в Москве тяжело, никак не могу привыкнуть к этому мегаполису. К тому же, семья у меня осталась в Махачкале – дети ходят там в школу, решили их не отрывать. Так что в Москву меня не тянет.
– Когда вырывались в город последний раз?
– Вчера ездили в Москву в ресторан «Урюк» – отмечали дни рождения Одила Ахмедова и тренера вратарей. С удовольствием посидели и отпраздновали. А сегодня уже полным ходом идет подготовка к игре с ЦСКА. За два дня до игры у нас происходит теоретическое занятие, где мы показываем 20-минутные нарезки с игрой команды. Но на то, чтобы сделать такой ролик, у тренерского штаба уходит почти вся неделя. Так что расслабляться некогда.
– Кто из тренеров в клубе сегодня считается главным – Андрей Гордеев или Роберто Карлос?
– Конечно, Гордеев. Без вопросов. Но Роберто участвует в тренерских совещаниях, дает советы. Они, в любом случае, бесценны. Кроме того, он принимает непосредственное участие в тренерском процессе на поле во время тренировок. Что-то подсказывает ребятам.
– Изменился ли он после того, как вошел в тренерский штаб?
– В общении – нет. Единственное, возможно, стал как-то более серьезно относиться к ребятам, да и мы к нему. Но в жизни это все тот же Роберто, простой парень, к нему всегда можно подойти с каким-нибудь вопросом. Мы с ним часто общаемся, хотя я, в принципе, со всеми общаюсь в силу своего характера. Надо понимать, что мы все работаем на футболистов. Они дают результат, куют победы на поле. А победы – это материальные блага, премии. Поэтому мы все работаем на игроков. Мы сейчас каждый день в интернете читаем, как к нам едет новый тренер – Хиддинк, Капелло. Но я об этом даже не думаю. Моя задача в том, чтобы футболисты утром приехали довольными на базу. Чтобы я видел их улыбчивые лица. Футболисты – это живой организм. Если один где-то держит в себе недовольство, нужно с ним общаться. Что-то объяснять. В этом заключается тренерское чутье – ты должен чувствовать своих футболистов. В нашей команде сейчас отличная атмосфера. И я горжусь этим.
Дубленка, 3000 евро
– Во время тренировок «Анжи» по кратовской парковке можно водить экскурсии. Какая из этих машин ваша?
– Вы наверное не поверите… Хотя, почему не поверите – если честно, я вообще не вожу машину и никогда не умел. Чего Аллах не дал мне, так это вот этой тяги. Машину-то, при желании, всегда можно купить, но как-то совсем не хочется. У меня жена сейчас ходит на курсы вождения. А мое слабое место – это шопинг. Она этого не понимает, а я могу часами по магазинам ходить. Любуюсь, когда наши ребята приезжают на базу, тот же Сэм – настоящий стиляга. Я люблю отмечать какие-то детали его внешнего вида. Или включить телевизор, посмотреть телеканал Fashion. И потом что-нибудь такое же интересное в магазине найти для себя. Я и в Европе постоянно бегал за одеждой, и в России, шопинг везде хорош. Сейчас в отпуск обещал семью в Дубай свозить, и нам буквально на днях должны поставить годовые шенгенские визы. И после Дубая обязательно рвану в Европу, в тот же Милан – просто побродить по городу, по магазинам. Или Берлин – всю жизнь мечтаю, но так ни разу и не доехал.
– Почему именно Берлин?
– Мы все-таки дошли до Берлина, водрузили свой флаг. Да и посмотреть есть на что – тот же Рейхстаг. Я очень люблю Европу и так же сильно не люблю все эти экзотические страны, где пляжи, моря. У нас море и свое есть в Дагестане. К тому же, лететь долго не люблю – 8-10 часов я не выдержу. Хотя Роберто, например, приглашал нас к себе.
– Когда?
– Этим летом, когда перерыв был. Не всех – только меня и нашего администратора Марата. В Бразилию же виза вроде бы не нужна, так что можно было слетать. Но что-то не срослось. Хотя он очень звал.
– Еще кто-нибудь звал?
– Да, в принципе, все. Бразильцы зовут к себе, Балаж зовет в Будапешт, Буссуфа – в Амстердам. Нам очень приятно, что у нас играют футболисты из разных стран. И при этом действительно классные футболисты. От души.
– Самый запоминающийся шопинг в вашей жизни?
– Еще будучи игроком «Анжи», я в 2002 году в матче с «Ростсельмашем» порвал крестообразные связки и улетел на операцию в Германию к знаменитому хирургу Пфайферу. Тогда все к нему летали. Так вот после операции мне нужно было еще полтора месяца ходить на костылях. А когда русские футболисты прилетали лечиться в Германию, нас всех встречал Штефан, переводчик. Хотя все его звали Степан, он сам-то хохол. И в один из выходных я его потащил на костылях из Германии в Париж – на шопинг. Я, Саша Новиков из «Динамо» и Степан. Представляете: сначала на поезде три часа, а потом весь день на костылях по Парижу! Помню, как увидел в каком-то магазине на манекене дубленку, безумно красивую – и прямо на костылях к ней побежал.
– Ого.
– Выложил тогда 3000 евро. В 2002 году это были серьезные деньги. Степа тогда обалдел, смотрел на меня с открытым ртом. В Европе-то такие деньги никто не тратит. Они одеваются скромно, но со вкусом. А Степа потом еще долго всем футболистам, которые после приезжали, рассказывал: «Приехал этот бородатый, достал меня со своим шопингом».
– В прошлом году вы неожиданно объявились в Испании. Что вы там делали?
– Ездил на стажировку. ВШТ отправлял две группы: одна оказалась в «Сарагосе», наша – в «Расинге». Больше всего мне там запомнились тренировки вратарей. Этому уделяется огромное внимание, и это по-настоящему впечатлило. Вратари в Европе, в первую очередь, гораздо сильнее наших в одном компоненте – игра ногами. На каждом занятии они это отрабатывают. В том же «Расинге» это происходит так: один голкипер берет мяч в руки, а тренер на другой стороне поля показывает ему точку, в которую тот должен выбить мяч. И ни одной ошибки, ни одной промаха! Десять из десяти! Причем мы наблюдали за тренировкой даже не первой команды – то ли дублеры, то ли еще кто. И у них уже такой уровень.
– В «Анжи» такие занятия практикуются?
– Да, Магомед Аташев, наш тренер вратарей, устраивает похожие тренировки. Но европейского уровня все равно сложно достичь. Посмотрите на того же Вальдеса – атаки «Барселоны» начинаются именно с него. Он не бездумно выбивает мяч, а делает точные продуманные передачи. Это впечатляет.
– Пример с Вальдесом – случайность, или вы тоже болеете за «Барселону»?
– Я еще с 1994 года за нее болею, получается 17 лет уже. Со времен Стоичкова, Ромарио, Кумана. Тогда нельзя было в них не влюбиться. Говорят, что сейчас «Барселона» творит что-то невозможное. Но они и тогда пели песню на поле. Я, конечно, от сегодняшней «Барсы» кайфую, но все-таки ностальгирую по той, где играли Бегиристайн, Бакеро… Жаль, что до «Камп Ноу» я пока не добрался. На «Реале» был, а «Барселону» живьем увидел только в этом году на финале Лиги Чемпионов в Лондоне. Единственный раз за почти двадцать лет.
Слезы, крылья
– Вы, оказывается, служили в армии. Расскажите.
– Я тогда играл в Хасавюрте, в чемпионате республики. А потом пришло время отдавать долг родине. Мне тогда сказали, что поеду служить в Питер. Тогда это была модная шутка – пообещать отправить в Москву или Петербург, а в итоге отправить в Архангельск. Мы, правда не в самом городе находились, а в поселке в Архангельской области – Североонежске. А служил на стрельбище в сорока минутах езды от космодрома Плесецк. Помню, как вскакивали от страха по ночам при запусках или каких-то учениях. Километров 70 всего, представьте какой шум.
– В армии было очень жестко?
– Да нет… Как и у всех, наверное. Главное, что запомнилось, – это климат. Первого мая шел снег, зимой стоял такой мороз, что трещало все. Сырость. Если цеплял какую-нибудь болячку, так она несколько недель не проходила. Да и в футбол особенно не поиграешь, хотя нам все равно раз в неделю выдавали кеды, мы выходили на плац и гоняли. А однажды даже вывезли на чемпионат по легкой атлетике – я тогда представлял нашу часть и победил в беге на 1000 метров. После этого поехали уже в Архангельск на чемпионат дивизии. Заняли там первое место в общем зачете. Нас, конечно, тогда выручили два наших парня, мастера спорта по лыжам. Как они бегали, я просто ошалел! Сначала пятерку, а через двадцать минут нужно было бежать уже десять километров – так они и там выиграли. Я такого здоровья ни у кого больше не видел.
– Что-нибудь получили за победу?
– Принесли всем в конвертах по 30 рублей. Конечно, сразу побежали в город, немножко шикануть. Я тогда в Архангельске впервые увидел коммерческие магазины, комиссионные – там же все эти деньги и оставили.
– Вернуться из армии в профессиональный футбол было сложно?
– Я приехал домой в октябре 1991 года, немножко потренировался у себя в городе с командой «Спартак-Хасавюрт», а уже в середине 92-го меня приглашали в «Анжи». Клуб тогда только-только основали, года не прошло, и они позвали меня с покойным Ибрагимом Гасанбековым. Уже и договоренность была, все было, но я в последний момент решил перейти в махачкалинское «Динамо». Уже тогда это была команда с большой историей, а «Анжи» только начинал… Сложно было устоять. Но я себе часто говорю: все, что не делается – к лучшему. Не попал в 92-м, зато потом попал в 97-м уже к Гаджи Муслимовичу. А в 1994-м даже отыграл второй круг за «Анжи» – «Динамо» тогда сняли с чемпионата, и три человека, включая меня, заканчивали сезон там.
– Самый яркий матч в вашей игровой карьере?
– Особняком стоит игра со смоленским «Кристаллом», которую мы проводили через два дня после гибели моего друга Ибрагима Гасанбекова. Счет 1:1, я сижу на замене, остается пять минут – я уже злюсь, посматриваю на Гаджиева, думаю: «Выпусти меня, Муслимыч, пожалуйста, выпусти. В такой день. Хоть на минуту выпусти». И тут он кивает – выходи. Выбегаю на поле и ничего не вижу. В глаза мутно, несусь вперед. Кто-то скидывает аут, я с закрытыми глазами делаю передачу, и Нарвик Сихаев головой вколачивает под перекладину. А тогда на стадионе за воротами повесили большой портрет Ибрагима, и вот у меня будто крылья выросли, понесся к нему со всех ног. Через рекламные щиты, через все. Упал на колени, слезы текут… После игры подошли на то же место уже всей командой, поклонились. Сейчас эта фотография висит в номере у Роберто – я к нему как-то зашел однажды и вдруг посмотрел на стену, а там она… Очень было приятно.
Заварушка
– В 2011-м российский футбол не видел человека, дерущегося чаще, чем вы. Все началось с московского матча против армейцев, в котором вы наваляли Василию Березуцкому.
– В случае с Березуцким я был не прав, признаю. Но извиняться не собираюсь – зачем ему было бежать с другого конца поля на Гаджи Муслимовича, который в три раза меньше, чем он, и что-то ему там доказывать, права качать? Наши же футболисты к Слуцкому не побежали. Да, Гаджиев тоже сорвался, сказал что-то, но для этого на стадионе есть судья. А размахивать руками перед чужим тренером, орать на него – уважай возраст, в конце концов. Поэтому я и не сдержался.
– А через месяц повторили фокус, зарядив по лицу одному из докторов «Динамо».
– Пальцем его не тронул. Пальцем! Я это и на камеру говорил и сейчас повторю. Получилось как: мы забиваем второй гол, я подбегаю к бровке и поворачиваюсь в сторону динамовской скамейки. Встречаюсь взглядом с Дуймовичем. Он меня как начнет на своем отправлять в печку. Я завожусь: «Ну чего ты меня провоцируешь?». А он продолжает на меня идти. А потом началась вся это заварушка, и, хотя я пальцем никого не тронул, судья прибежал и почему-то меня удалил. Я слова не сказал, сразу ушел. Не знаю, за что мне влепили дисквалификацию. Я никогда в жизни за грубость карточку не получал, будучи игроком. Да, я эмоционален во время матчей, потому что для меня любой, кто выходит против наших ребят, – сильнейший раздражитель. Но я никогда не поступлю подло и грубо. И после игры пожму руки и скажу, если надо: «Браток, не обессудь, это игра».
– Руководителям «Анжи» вы говорили то же самое?
– Я дал слову Герману Ткаченко и Герману Чистякову, что больше такого не повторится. Естественно, оба раза был штраф, меня наказали, я понимаю, что это правильно. Нет проблем. Я принял это, как должное. Больше такого со мной не случится.
– После вашего матча с «Динамо» Сергей Силкин рассказывал: «Это уже, наверное, шестой скандальный эпизод по ходу чемпионата, в котором задействован «Анжи»…
– Шестой?
– …Тот же тренер Акаев, который, скорее всего, спровоцировал стычку между нашими скамейками, один раз уже был дисквалифицирован на четыре игры. Таким людям не место в премьер-лиге».
– Честно говоря, мне абсолютно параллельно, что думает Силкин. Я свою вину признаю, но пусть он со своих спросит, с того же Дуймовича, который меня провоцировал. Такие заявления явно не красят человека, который только начинает свой путь в этой самой премьер-лиге. Удачи желаю Силкину, Хохлову. Но таких заявлений я никогда не позволил бы себе сделать. Я так болею, я так переживаю за свою команду. Меня иногда перехлестывает, я согласен. Но сейчас я дал слово и больше этого не случится. Вот если я его не сдержу, я вам позвоню, приедете к нам базу и скажете мне: «Ты трепло!» Но я свою команду не подведу.
Они после того матча столько времени мусолили эту тему, столько всем и на всех жаловались, но почему-то никто не удосужился внимательно просмотреть эту игру с холодной головой. Мне же по долгу службы это сделать пришлось, и я могу сказать, что там столько судейских ошибок было и в другую сторону, но мы такой шум и крик не поднимали, вообще, стараемся быть выше этого. Например – после кубкового матча, когда Кокорин забил из метрового офсайда.
– Многие считают, что все эти случаи – Гаджиев и дверь, вы и Березуцкий, вы же и врач – вызваны тем, что в какой-то момент некоторые из сотрудников «Анжи» слегка потеряли голову из-за денег, крутящихся в клубе после прихода Керимова.
– Нет, это абсолютно неправильная точка зрения. Наши же руководители нам просто не дадут потерять голову. Я никогда не буду отрицать свою вину, срывы бывают у всех. Но все это никак не связано с деньгами. Это спортивная злость, спортивные эмоции. И ничего больше.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 5.12.11 01:00 | Александр Тарханов: "Правдивая болтовня" |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 754 |
По мнению Александра Тарханова, за Артура Юсупова сейчас даже стыдно предлагать 400 тысяч евро. Фото: РИАН/Егор Алеев
Старые затертые темы, обиваемые пустопорожними аргументами, живут в российском футболе ради наших глаз, чтобы на футбол было через что смотреть. Одни темы всплывают, когда пробулькает очередная дата или когда клюнет по традиции петух. Другие живут каждую минуту, в газетных строках и между них, в разноцветных телах футболистов, в любом кухонном разговоре. Просыпаешься утром, заходишь в интернет, видишь что-то про лимит и понимаешь, что на самом деле не повод это уже давно. Это обычный подогнанный результат простого школьного уравнения. Закончить лимитом на легионеров можно абсолютно любой разговор о российском футболе. Лимитом и его неизменным козырным минусом в виде завышенных цен на отечественную молодежь. Болтовня это всё. Правдивая и пустая. Сам козырь липовый.
У ценообразования очень сложные законы, и вряд ли о них знают молодые футболисты и те, кто ими торгует. А давайте приценимся!
В «Динамо» играет Артур Юсупов. Сейчас это игрок основного состава команды с такой историей, что если мы рассуждаем о величии нашего футбола, то неизменно цепляемся за «Динамо». Сегодня «Динамо» еще и декларант, и уже реализатор самых амбициозных планов. Юсупов в «Динамо» выполняет ту роль, которая по поверхностной селекционной логике стоит больших денег. Соответствующие штампы вы сами знаете – от «под задачу» до «под еврокубки». Если представить, что «Динамо» нужен опорный хав под штампы, то стоить он должен, ну, от 5 до 8 миллионов. В сравнении с «Анжи», конечно, несолидно.
Тем не менее, Юсупов. По данным transfermarkt.de, его текущая стоимость составляет 400 тысяч евро. Немецкие аналитики явно заняты более интересными вещами, чем пристальной слежкой за российским футболом. Зайди сейчас в динамовский офис из любви к Юсупову с четырьмя сотнями тысяч, так засмеет первый попавшийся, а охрана не подпустит даже к лифту. Парень котируется дороже. Интересно, что трансфермаркт оценивает его времен «Химок» в полтора раза выше нынешнего. Так вот во времена «Химок», когда я там работал главным тренером, мы спокойно могли купить Юсупова за 50 тысяч. Но у нас не было таких денег, да и на поверхностный селекционный взгляд он был нам не нужен.
На первых предсезонных сборах он себя не проявил, наш тренерский штаб с руководством были против продолжения просмотра и агент игрока Дмитрий Градиленко собирался отправить его в брянское «Динамо». Понимаете? «Химки»: никакого костяка, куча народу на сборе и из этой кучи кто-то не нравится. Да и черт с ним вроде бы… Наш футбол проигрывает именно на этом этапе, который практически невидим. Игроки текут ручьем, кипрский ветер дует в шею, газеты строчат о твоей аутсайдерской роли. Это ведь не только о тех «Химках», это о многих. Но почему не заставить голову думать о главном? О том, что она голова не газонокосильщика, а тренера, о том, что она должна видеть в игроке больше, чем игрок думает о самом себе.
Я попросил Градиленко дать время проверить парня подольше и вскоре Юсупов вместе с Кузнецовым стал определять игру «Химок» в центре поля. У нас в первом дивизионе он быстро стал лидером, в премьер-лиге его эволюция более постепенна, пока от него требуется лишь минимум из всего спектра его возможностей. Там он был одним из двух организаторов, здесь – игрок подыгрыша. Но и тогда, и сейчас он достаточен, он со своей командой органичен. Он ровно тот, кем он должен быть в нужном месте в нужный час.
В «Динамо» он не стал быстрее бежать, у него не прибавилось физического роста и вообще он не превратился в Жиркова или Аршавина, но он выиграл конкуренцию у одного из «дефицитных» – молодого россиянина Александра Сапеты, за которого «Динамо» боролось с «Локомотивом» и вокруг которого фигурировали совсем иные деньги. В России нет дефицита на способных игроков – в России дефицит на тренерские познания. Игрок не обязан дорого стоить, чтобы профессионально выполнять свою работу.
И чисто навскидку я вполне представляю на месте динамовца Уилкшира динамовца Чичерина, а на месте рубиновца Сесара Наваса рубиновца Климова. И это только игроки прошлогодних «Химок», одного из многочисленных ПФК нашего футбола. И эти игроки ничуть не менее талантливы Артура Юсупова, с которым их объединяют возраст, перевалочная база и ненадобность.
Лимит лоббирует своих объективно, но у нас проблема с субъективом. С тем, как каждый конкретный клуб лимитом пользуется, как каждый конкретный тренер воспринимает игрока и как и когда он его выгоняет. Мы ведь так любим махнуть рукой, забраковать и выгнать, уверяя всех вокруг, что на трансферы нужны немалые деньги. Что иностранец стоит дешевле своего российского из-за того, что лимит. На самом деле иностранец стоит дороже, чем он стоит реально, а свой российский попадает в дефицит, потому что он имел счастье получить шанс.
Но для счастья нужна всего-то пара тренерских глаз, умеющая увидеть в парне игрока. Не через лимит, не через штамп, а сразу так, насквозь.
|
| Читать далее » | Комментарии? |
|
| 1.12.11 15:04 | Юрий Степанов: «На 15 миллионов играть в премьер-лиге невозможно» |
| Раздел: СТАТЬЯ ДНЯ | Автор:
referee | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 855 |
Sports.ru попробовал узнать, куда вновь делись все деньги «Томи», и спросил об этом генерального директора клуба Юрия Степанова. Тот признался, что является самым низкооплачиваемым гендиректором премьер-лиги, не рачительно распоряжался выделенными средствами и в силу самонадеянности не думал об урезании бюджета.
- Когда у вашего клуба начались проблемы?
– Сколько я работаю, проблемы были всегда, все эти двадцать лет. У нас было всего три благополучных сезона, когда нам помогала «Томскнефть». Во власти никогда не было активных сторонников футбола, людей, которые это бы по-настоящему любили. Но все равно власть оказывала нам содействие, понимая, что для Томска футбол – достаточно значимое явление. Безусловно, большую часть вины я беру на себя. Мои ошибки, может, и не в полной мере, но повлекли за собой нынешний кризис.
- Какие ошибки вы имеете в виду?
– Главная ошибка – системная. Основные мои усилия были направлены на результат. На протяжении 11 лет подряд наш клуб ежегодно повышал турнирные показатели, в провинциальном городе на футбол приходило по 15 тысяч человек. Но в итоге я упустил самое главное – мне надо было активнее, может, даже вопреки результату, налаживать связь с властью. Потому что это провинция и здесь все зависит от первых руководителей.
- Как так получилось, что футболисты уже четыре месяца не получают зарплату?
– К сожалению, утвержденный бюджет имел в доходной части виртуальный суммы, которые не были подтверждены. У нас образовалась дыра в 315 млн рублей. Эти деньги должны были дать наши спонсоры, появившиеся в 2009 году. Почему не дали? Одна из причин – разбирательство, которое связано с уголовным делом. Я соглашусь, что это веский повод для того, чтобы не делать каких-то конкретных шагов по финансированию.
- Публикация в «Новой газете» стала для вас откровением?
– Она стала поводом для прокурорской проверки и возбуждения уголовного дела. Лично мне кажется, что это атака на клуб. Подобного характера сделки в российском футболе заключались даже не сотнями, а тысячами, причем не только в футболе, но и в экономике в целом. И лишь какие-то единицы стали предметом рассмотрения.
- То есть ничего странного в трансфере Погребняка вы не видите?
– Все, что бы я ни сказал сейчас, может пойти во вред, поэтому я лучше оставлю эту тему без дальнейших комментариев.
- Это первый случай, когда против ФК «Томь» возбуждается уголовное дело?
– Естественно! На жуликов мы никак не тянем. И дело возбудили не против клуба, а по факту. Сейчас идет следствие, осуществляются процессуальные действия, я выступаю в качестве свидетеля. И какие-то развернутые комментарии по этому поводу давать не могу.
- Когда Тайгера Вудса уличили в измене, от него отвернулись спонсоры. У вас схожая ситуация?
– На момент выхода публикации переписка со спонсорами находилась в самой активной фазе, поэтому тут можно сделать предположение об экономическом характере всей этой ситуации.
- У спонсоров из пула, который составил в 2009 году Владимир Путин, были какие-то еще объяснения, почему они вам не помогают, помимо уголовного дела?
– В 2010 году компанией «Сибур» еще проводился аудит финансовой и организационной деятельности клуба. И она указала на недостатки, которые надлежало исправить. Результаты этих проверок, как мне сейчас заявляют, якобы были проигнорированы. На самом деле, мы делали все, что могли. Я даже предлагал представителям всех компаний войти в управленческие структуры клуба, но ни один из них на письма не ответил. Из чего можно сделать вывод, что заинтересованности заниматься клубом у них не было.
- Что не устроило аудиторов? Что у вас, грубо говоря, пять человек получают больше миллиона долларов в год?
– (Улыбается). К сожалению, похвастать такими параметрами мы не можем. У нас нет ни одного игрока с контрактом даже близким к миллиону. Самый большой – около 600 тысяч долларов, включая бонусы за переподписание контракта, которые позволили нам получить футболиста бесплатно.
- А как же контракт с Ким Нам Илем, который, по словам агента Абрамова, составлял $1,2 млн в год и который вы расторгли?
– Чепуха это. Во-первых, мы еще ничего не расторгли. Он не играет, но контракт у него действующий. Он просто попросил разрешения уехать на родину, травму полечить. Все официально оформлено, у него действительно травма. Суммарный его доход за два сезона не достигает и полутора миллионов долларов, причем к этой сумме уже прилепили и агентское вознаграждение, и деньги, которые мы заплатили за то, чтобы игрок был заведен в команду. О каких миллионах может вестись речь? У нас месячный фонд оплаты труда всего холдинга, в котором работают 156 человек, составляет 31 млн рублей.
- В 2009 году команда уже была на грани банкротства. Почему вы продолжили жить не по средствам?
– Мы всегда жили по средствам, поясок не распускали и разговоры о высоких зарплатах менеджмента, которые в разы превосходят зарплаты руководителей региона, о непрозрачности – это все от лукавого. Могу с гордостью сказать, а лучше без нее – моя зарплата самая низкая в премьер-лиге среди генеральных директоров. Я ее не скрываю, она все годы не менялась и составляет десять тысяч долларов «грязными». Поинтересуйтесь, какие зарплаты у других гендиректоров. Если хоть одна из них меньше, а не больше в три раза, я свои слова готов взять обратно.
- И все же фраза «жили не по средствам» – это ведь не о зарплате администрации, а о других вещах – аренде футболистов, их зарплате, трансферах тех же…
– Доходы игроков по рамкам турнира, в котором мы не самые плохие места занимали, они в разы меньше, чем тех, кого мы обыгрывали неоднократно. При этом заманить игрока в Сибирь сложнее, чем в Питер, Самару или Москву. Что значит – не по средствам? Критерий – это результат. Сегодня, да, я могу признать – мы не рачительно распорядились средствами, которые нам выделили. Но футболисты живут и играют без зарплаты четыре месяца.
- Вы тоже?
– Конечно, а чем я лучше игроков?
- Как распределялось финансирование последние несколько лет?
– Бюджетные деньги, спонсоры, собственные наши заработки. Но полностью бюджет «Томь» никогда не содержал. Максимальное участие – примерно 70%, около 550 млн рублей. В основном она варьировалась от 20% до 30%, а сам бюджет из года в год был примерно одинаковым, в районе 800 – 850 млн рублей. Зарабатывали мы около 170-180 млн рублей.
- На что шли деньги спонсоров?
– Их хватало просто чтобы закрыть брешь в расходной части. Это не был бюджет развития, точно. Хотя мы все равно смогли добиться прогресса. Наша молодежка сейчас первая во второй восьмерке. Наша школа лучшая за Уралом. Из 230-250 человек, которых вызывали в сборные 91-96 гг рождения, наших воспитанников семь. А всего от зауралья – девять. Девять! Я уже мозоль на языке заработал, рассказывая о том, что футбол за Уралом деградирует по разным причинам. У нас было 35 клубов – осталось 17. Из 175 игроков с российским гражданством в премьер-лиге только девять воспитанников зауралья. Это говорит о том, что к 2018 году футбола хорошего уровня за Уралом не будет.
- Учитывая проблемы последних лет, вы часто думали о том, чтобы урезать бюджет?
– Возможно, из-за самонадеянности, но я об этом не думал. Я думал, что есть клуб, что он необходим, что есть болельщики, бренд, нужен результат и так далее. И эта самонадеянность она не была просто паранойей, а подкреплялась результатом, постоянным спросом на футбол. Наверное, надо было быть более гибким и думать о том, что сидеть на бюджетной игле неправильно и даст это когда-то остро отрицательный результат. Что и произошло. Но уточню, что уверенность в правильности того, что мы делаем, завела нас в некий тупик.
- Может быть, нужно было просто не набирать футболистов из Москвы, а ограничиться теми, кто стоит не так дорого? Взять пример с того же Нальчика с пятнадцатимиллионным бюджетом…
– Пример Нальчика не очень удачный. Да, они выше нас в таблице, но какой у них бюджет? То, что вы говорите, мол, тратят они в два раза меньше – это что, официальное заявление клуба? Я вам такой пример приведу. Вот, сказали мне недавно, играет в премьер-лиге команда, у которой бюджет в два раза меньше, чем у «Томи». Я справки навел и выяснил, что бюджет у них даже больше, чем у нас. Просто надо четко понимать, что не может команда играть в премьер-лиге на 15 млн долларов. Вернее, она может, но так давайте тогда все доведем до абсурда! Это будет команда, обреченная на вылет.
- На 15 млн долларов команду собрать нельзя?
– Нет, я в этом уверен. Тем более в провинции. Вот у нас бюджет 25-27 млн долларов – это близко к минимуму. Говорят, вы везете москвичей. А насколько? У нас бюджет на трансферы в этом году – 4 млн долларов, это прискорбно мало.
- Зато в аренду вы брали москвичей, хотя даже не посвященным ясно, что зарплата у них запредельная.
– Я опять же хочу сказать, что мы все учитывали. Вот существует практика, когда футбольный клуб берет игрока в аренду, но не в состоянии выплачивать ту зарплату, которая у него была. Вот реальный пример. Игрок с зарплатой в 70 тысяч евро в месяц, не буду его называть. «Томь» никогда не платила и платить такие деньги не сможет. Но игрок сидит на скамейке, теряет качества, деградирует как футболист и получает зарплату за то, что ничего не делает. И «Томь» договаривается, что берет его бесплатно и может половину зарплаты платить, а вторую выплачивает клуб-владелец. Это нормальная, общепринятая практика. Но нам ставили в вину, что мы не растим своих игроков, не можем их продать потом, а используем тех, кто нам не принадлежит. Я считаю, что это издержки содержания клуба. Хотите результат – надо действовать так. Нет – можно выпускать игроков из дубля. Но это уже авантюра.
- Это какие-то крайности. Неужели нельзя экономить так, чтобы это не напрягало бюджет, но позволяло команде занимать не восьмое, а, скажем, 10-11 место, просто, чтобы в Томск приезжал «Спартак», «Зенит» и прочие гранды?
– Я сомневаюсь. Ставя такую задачу – занять десятое место, чтобы «Спартак» приезжал, – значит, подписать себе приговор как спортивному менеджеру, а команде – как спортивному клубу. Потому что спорт не подразумевает планирования, постановки задачи сохранить место в премьер-лиге.
- У вас разве не такая задача сейчас?
– Послушайте, когда менеджмент или люди, которые сопричастны к этому делу, ставят такие задачи перед сезоном, то они губят спорт, обманывают его и в итоге убивают. Нужно всегда ставить более высокую задачу, чтобы был нормальный микроклимат, чтобы не приходилось игры продавать, лукавить на тренировках и проводить время в ночных клубах. Вот в этом меня никто не переубедит. А если говорить «ваше место десятое, вот вам 600 млн рублей». Все, на этой команде можно ставить крест сразу. И трата вот этих 600 млн будет еще более глупой и нерачительной. Уж лучше вообще деньги не тратить, чем обманывать людей, спортсменов, болельщиков.
- Ну, дайте им 600 млн и скажите, чтобы первое место заняли.
– Это будет означать, что коллектив в неправильном направлении повели. И те люди, которые изначально понимали, что обманывают ожидания, – они преступники.
- Лучше тогда, чтобы в футболе по-прежнему мыльные пузыри существовали?
– Я не припомню в футболе такого, чтобы набирались футболисты на огромные гонорары, а потом все рушилось.
- Из последнего – ФК «Жемчужина».
– Там была реальная коммерческая база.
- А куда она делась?
– Куда она делась – другой вопрос.
- Так что же в ней реального, если она в один миг – бух, – и развалилась?
– Бух – это один человек. И вслед за ним клуб, строительный бизнес, еще какой-то там.
- И это вы считаете базой?
– «Жемчужина» существовала на протяжении нескольких лет, и деньги у нее были, и Рублевка заклеена Бекхэмами была, и «Первый» канал ее тиражировал. Мы видели серьезные намерения и серьезные деньги. А то, что так произошло, – ну, это часто бывает.
- По мнению губернатора Томской области Виктора Кресса, ничего плохого в том, если команда отправится в первый дивизион, не будет.
– Это я комментировать не хочу. Мне кажется, что для Томска это будет близко к катастрофе. Это мое сугубо лично мнение. Да, с экономической точки зрения это рентабельно. Но когда ты проходишь с клубом путь от заштатной команды второго дивизиона, до середняка премьер-лиги, то возврат на ступень ниже всегда воспринимается как-то не очень. Просто как бы не получилось, что после этого шага назад последует еще один, потом еще. А потом мы будем жить воспоминаниями, как хорошо было раньше. Но на данном этапе это наиболее правдоподобный вариант.
- Хватит ли «Томи» денег на то, чтобы провести следующие полгода?
– Я не знаю. Говорят, что да.
- Допустим, ситуация успешно разрешится и команда останется. Будете ли вы что-то менять?
– Перемены назрели, и они будут. Я просто хотел бы, чтобы меня не представляли как человека, который стратегически может на что-то влиять. Еще раз – мы серьезно зависим от позиции руководителей области. Я наемный менеджер, нахожусь на работе, клуб играет в чемпионате, сегодня 26 ноября, 20 градусов мороза, но мы видим, что футболисты играют на хорошем газоне. Что касается управления и жизнедеятельности, я делаю все, что от меня зависит. А какие-то стратегические заявления – это будет сродни какой-то болтовне голословной, которая никаких последствий иметь не будет.
- Насколько серьезны были футболисты, грозящие забастовкой?
– Я могу только предполагать: она могла состояться, но не состоялась.
- Из-за того, что после этого футболистам могли засчитать это как прогул и разорвать контракты?
– (Смеется) Это полная чепуха. У нас контрактные обязательства не выполняются столько времени, а игроки лишь пытаются как-то обозначить свою позицию. И что, не вышли они на поле – прогулы им записать? А они скажут: «Тогда мы в палату по разрешению споров напишем, и вы вообще без команды останетесь». А потом, мол, вам самим решать – прогуливать или нет.
- То есть даже в случае бойкота им бы заплатили зарплату?
– Конечно.
- Как тогда удалось убедить их доиграть последние игры?
– Какие бы последствия не нес за собой принцип комплектования, который подразумевает набор варягов, которые без родины и флага бьются за баснословные гонорары, а все равно существует понятие футбольных традиций, ауры. Ответственность формируется на уровне подсознания, к тому же у нас здесь очень хорошие и добрые болельщики. И на коленях стоять перед футболистами, умолять их поиграть не приходилось – они и сами все понимали. Другое дело, что качество игры оставляло желать лучшего. |
| Читать далее » | Комментарии? |
|
|
MyArticles 0.6 beta for RUNCMS: by |
|
|
Рейтинг участников конкурса Лиги Чемпионов
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Лиги Европы
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Чемпионата России
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса АПЛ
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса испанской Ла Лиги
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса итальянской Серии "А"
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса Бундеслиги
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
Рейтинг участников конкурса французской Лиги 1
Лидеры общего зачета:Лидеры последнего этапа:
|
